Которая попала в безвыходную ситуацию и боится остаться один на один с кучей проблем.
— Не трясись. В Москву поедем. Там нас ждут великие дела. Ограбим несколько банков, вскроем счета нехороших людей, выйдем пару раз в свет, и будешь свободна, Бонни.
— Эта парочка плохо закончила. Я так не хочу. У меня в планах прожить долгую и счастливую жизнь.
— Замечательно. — Гончаров отпускает мою коленку и протягивает мне бутылку с виски. — Выпьешь всё до дна и сегодня точно не умрешь. По крайней мере, от моей руки.
— Что? — Я непонимающе на него смотрю.
— Я не психотерапевт и не психолог, душу мне изливать не надо. Выпей, чтобы не жужжать над ухом и не нервировать.
Становится до ужаса обидно от такого обращения и слов. А если я поговорить хочу?
— Тогда со мной лучше поступить, как с Куваевым. — Киваю на папку, которая лежит на заднем сиденье. — Заодно до спальни потом донесешь и сделаешь все, что тебе нужно, — намекаю на то, что интимом Гончаров займется со мной, только если я буду в бессознательном состоянии.
Он задерживает темные глаза на моей груди, а потом чувственные губы дергаются вверх в ухмылке:
— Донесу, милая, не переживай. Но чуть позже. Спать хочу, да и пьяные тела в полуистеричном состоянии я не трахаю.
6 глава
Глаза слипаются, как я хочу спать. Или это от дозы влитого в меня алкоголя. Ну а что, поводов выпить сегодня было предостаточно. Если так и дальше пойдет, то впору ехать кодироваться. Чувствую, компания этого мужчины пошатнет мое психическое здоровье.
Можно было бы оказать Гончарову встречную услугу, но страшно, что его «друзья» из Москвы еще более отмороженные люди, чем он сам. В новые передряги попасть совсем не хочется.
— Нормально ты к ней присосалась. Балуешься периодами, да? — раздается над ухом голос Гончарова.
Еще и наглости хватает попрекать тем, что сам же сунул мне в руки бутылку.
— Здравствуйте, меня зовут Мария, и я алкоголичка, — стараюсь говорить бойким голосом, но выходит как-то не очень.
Даже напиться по-человечески не могу, потому что виски закончилось. А я хочу продолжения банкета.
— Ты помнишь, что попала на бабки и ведешь черную бухгалтерию у человека, которого я собираюсь посадить в тюрьму, а следовательно, и тебя может задеть рикошетом? — напоминает мне Гончаров на полном серьезе.
Проверяет степень моей адекватности? Всё ли у меня с ней хорошо? Просто замечательно с ней всё. Впрочем, как и с памятью. Даже когда я под градусом.
