— И чертовой сукой, сбежавшей от него спустя несколько месяцев счастливых отношений!"
"— Тимур, я…
— Не нужно громких слов, — вперед руку выставляет и головой отрицательно качает. — Тебе не идет оправдываться, Задорожная. От этого ты еще глупее кажешься. Вызываешь презрение, — цедит сквозь сжатые зубы, сжимая со всей силы перила.
Замечаю в другой его руке открытую бутылку спиртного. Под градусом значит, вот и пыл свой поубавил.
Сейчас нет грозного и безжалостного бизнесмена Тимура Воронцова.
Сейчас появляются проблески его прежнего.
Того, что покорил мое сердце одними лишь голубыми глазами.
— Будь готова завтра вечером, — делает большой глоток и зажимает рот ладонью. Его ведет в сторону, но равновесие удерживает. — У меня для тебя сюрприз, сучка.
Громко смеется. Возвращается в комнату, хлопнув со всей дури дверью. На месте подпрыгиваю, вцепившись ногтями в ладони. Трясет. Бьет нервная, боязливая дрожь.
На негнущихся ногах иду в комнату. Ощущаю себя заключенной, которую завтра ждет неминуемая казнь.
И мне нужно к ней как следует подготовиться.
Падаю на кровать. Сворачиваюсь калачиком. Зажмуриваюсь от давящей на виски боли. Голова жутко болит, как будто по ней бьют отбойным молотком. Глаза слипаются. Долгожданный сон и до меня добирается.
Утро встречает меня громкими голосами около моей двери. Наверное Ольга и кто-то из прислуги. Не придаю этому никакого значения, переворачиваясь на другой бок.
Пусть хоть языки сотрут в кровь от сплетен. Докладывают Тимуру о моем поведении.
Мне уже все едино. Главное продержаться этот месяц и не сойти с ума.
— Немедленно открой дверь!
Дергаюсь как от взрыва атомной бомбы. Подрываюсь с кровати, чуть не снеся столик и все его содержимое. Вжимаюсь в угол, как загнанный серым волком заяц.
Щелкает замок. Дверь отворяется. И на пороге возникает человек из моего прошлого, встречу с которым я бы смогла избегать всю свою жизнь. Но чертова судьба вновь подкинула мне огромный сюрприз. Причиняя боль и бередя еще не зажившие раны.
Глава 16
Алиса
— Какого черта ты тут делаешь, Алиса?! — в глазах сплошное презрение и ненависть.
Словно я не человек, а какое-то гадкое насекомое, которое нужно срочно уничтожить, иначе оно испоганит весь дом. Будь ее воля, она бы меня за руку протащила по всему дому и выкинула на улицу. От нее всего можно ожидать. Даже по-настоящему мерзких вещей.
— Ирина Львовна… — выхожу из угла, но она тяжелым взглядом вновь к стене прижимает. Задавливает, медленно убивает.
