Оплату предложили более чем щедрую, но условия показались мне странными, – местор потянулся к бутылке вина, но передумал и ушел к бару за коньяком. Бокалов он достал два, но я жестом отказалась. Себе же Пауль налил больше половины бокала и сразу сделал крупный глоток, что примечательно – даже не закашлялся.
– Так вот, – с бокалом в руке продолжил проклятийник. – Первым и главным условием была клятва о неразглашении. Я не придал этому значения, не первый раз приходится сталкиваться с чьими-то тайнами.
А вот второе условие меня тогда удивило…
Мужчина крутил бокал с янтарной жидкостью, ловя в нем отблески искусственного света артефактов, приглушенно освещающих комнату. Но обстановка совсем не навевала мысли о романтике: запертые двери, закрытые наглухо шторы призваны укрыть нас от посторонних глаз и ушей. Химера и та замерла на ковре, боясь привлечь к себе ненужное внимание.
– Мне запретили заходить внутрь, – Пауль залпом допил коньяк и потер горло. – Простите, Линда, обычно за мной не водится, – мужчина поморщился, но налил себе еще.
– Клятва о неразглашении начинает давить. Я еще толком ничего не сказал, а она уже стягивает горло удавкой. Так вот, я не переходил защитный периметр здания, но магией там фонило настолько… – местор закашлялся, я же не выдержала.
– Пауль, клятва все равно не даст вам закончить. Не мучьте себя.
– Если что, рядом со мной квалифицированный целитель, – проклятийник через силу улыбнулся. А у меня появилось стойкое ощущение, что мы в пыточной, где я в роли палача.
– Там тоже целители, Линда. И они что-то прячут. Нехорошее.
Следующий вдох дался местору с трудом, я же не выдержала, встала и взяла руку собеседника, нащупав пульс, частота которого зашкаливала, и давление явно перешло допустимые границы. Так и до апоплексического удара недалеко.
– Хватит, – приказала я. – Вы сказали больше, чем должны были. Мне есть кому передать ваши слова.
– Тот человек выжил? – Пауль наощупь нашел салфетку, едва не сбив бутылку, я вовремя поймала и отставила ее подальше.
Дрожащей рукой мужчина вытер холодный пот, с раздражением смяв и бросив салфетку обратно на стол.
– Да, я смогла снять ваше проклятье.
– Это хорошо, – местор улыбнулся и прикрыл глаза, я же выпустила его руку, поняв, что пульс налаживается, ответом мне стал разочарованный вздох. – Я ослабил проклятье, когда понял, что ввязался в грязные дела. Оставил только образ, а силы в него почти не влил.
