И в таких лекарствах, способных, фактически, вернуть с того света, очень нуждается. Рисковое это дело – сидеть на троне. И стоять возле него, кстати, тоже.
– Если присоединишься к нам, сможешь вписать свое имя в анналы истории, – привел весьма сомнительный аргумент собеседник. – Или просто получить бесценный опыт проектной работы, – я только глаза закатила. Бесценнее не бывает. – Безусловно, твою работу оценят по достоинству и соответствующе оплатят.
В данный конкретный момент в деньгах я не то чтобы нуждалась, но последний аргумент хотя бы немного заставлял задуматься.
– В любом случае, я оставлю тебе образец. Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что пока проект секретный. В конце недели постарайся дать ответ, присоединишься к нашим исследованиям или нет, – Дарел поднялся. – И спасибо за кофе. И за то, что уделила время.
– Кофе и времени мне для тебя не жалко, – немного покривила душой я. Времени мне и на себя иногда было жалко, что уж говорить про других. – Я обещаю подумать. Особенно, если ты расскажешь, где берете ингредиенты.
Может, у тебя имеются поставщики?
За некоторые наименования можно и душу продать, не то что вступить в кружок по интересам, сидящий под крылом у короны.
– С ингредиентами сейчас туго, – признал Дарел. – Ты ведь слышала про прокатившуюся волну краж? Цены взлетели до небес, и без того редкие вещества совсем пропали из продажи. Пока что мы работаем на имеющихся запасах, но если так дальше пойдет, придется что-то придумывать."
"– Неужто корона не столь щедра, как принято считать? – не удержалась я.
– Дело не в деньгах, нельзя купить то, что не продается.
И я бы поверила в эти слова, но что-то промелькнуло такое… не в словах, в эмоциях Дарела, что я уловила краем сознания. Однокурсник не лгал, но где-то о чем-то недоговаривал. Понять бы еще, о чем именно.
– Линда, я очень на тебя рассчитываю, – сказал Дарел перед уходом, а я задумалась.
Проект безусловно важен для Вольса, он длится не один год и принес ему немало денег и, не сомневаюсь, других привилегий.
А если где-то прибыло, то где-то обязательно убудет, закон сообщающихся сосудов действует безотказно. У него, наверняка, достаточно завистников и злопыхателей, попросить любого и каждого он не может – слишком большой риск как утечки, так и банальной диверсии. Но ко мне не побоялся прийти.
Я зашла в кабинет, который уже успела запереть на ночь. Рухх дремал в клетке под покрывалом, все лежало на своих местах. Сейф надежно заперт.
