– Позади вас клетка, там сидит подкидыш, которого я вылечу совершенно бесплатно, просто потому что не могу бросить на произвол судьбы, – мой голос рос вверх, в то время, как собеседник по-прежнему оставался совершенно спокоен, тих и смотрел куда угодно, только не на меня.
– Тогда почему вы не помогаете людям?
– Если кому-то потребуется моя помощь, мимо не пройду, уж поверьте.
Я встала и прошлась по кабинету к окну. Глупый какой-то разговор. Не о том совсем.
– Нам тоже обещали, что помогут. И когда было очень нужно – не помогли.
Наверное, этому человеку самому не помешает целитель. Не тот, что лечит тело, а способный заглянуть в душу и вытащить из нее прижившиеся, укоренившиеся побеги горечи, которую полностью не смывает ни работа, ни время, ни алкоголь.
– Жак, я понимаю, что вами движет. Но если все-таки настоите на том, что Рози должна уйти из клиники, то хуже сделаете только ей. Подумайте. И дайте своей сестре шанс.
И себе заодно, чтобы снова поверить в людей и целителей. Но об этом вслух лучше не говорить.
Повисла тишина, я молчала, понимая, что это решение Жак должен принять сам.
– Я буду заходить и проверять, как она здесь.
– Хорошо, – я выдохнула. До конца не верила, что этот суровый мужчина согласится. – Мои двери всегда открыты для вас.
Жак, все также не глядя на меня, кивнул и поднялся.
Рози ходила взад-вперед в коридоре и резко остановилась, стоило двери открыться.
– Завтра жду тебя как обычно, – подмигнула девушке я.
– Спасибо! – в порыве чувств помощница бросилась ко мне на шею.
– Местресс, я вас не подведу!
– Не сомневаюсь, – я обняла девушку в ответ.
Удивительно, у меня и подруг-то настоящих никогда не было, сейчас же я сама понимала, что не хочу отпускать не просто помощницу, а человека, ставшего частью моей клиники и жизни, что по сути одно и то же.
– И тебе спасибо, Жак, – Рози осторожно коснулась руки брата, тот только вздохнул. – Идем домой?
– Да.
– До завтра, местресс! – девушка просто сияла, и ее улыбка передалась мне.
– До завтра. И вам, Жак, до свидания.
И спасибо.
Последнее я сказала тихо, но была услышана.
– У вас четыре личных сообщения на переговорном артефакте, – на прощание предупредила помощница.
И все-таки она у меня умница. Сама бы я вряд ли пошла проверять артефакт. О том, что он у меня вообще имеется, я вспоминаю только в случаях крайней необходимости.
Первое сообщение заставило меня скривится. Местор Пауль напоминал, что ждет меня в гости на этой неделе. Надо сходить, не отстанет же.
