Его мужское обаяние уже действовало на меня, и я опасалась, что мои мысли, как всегда, написаны на моем лице. Как можно безразличнее я сказала:
— Сегодня утром один из посетителей интересовался бронзовой Венерой.
В его глазах появились озорные огоньки.
— Ну что ж, если я действительно упущу ее, то ничего не поделаешь. Винить будет некого, кроме самого себя.
Он недвусмысленно намекал на то, что не собирается покупать статуэтку. Я вдруг страшно разозлилась на него. Конечно, студия для того и существует, чтобы сюда приходили люди и покупали работы отца.
А на что, по его мнению, мы должны жить?
— Если бы эта Венера действительно понравилась тебе, ты бы ни за что не упустил ее, — Я всегда получаю то, что мне нравится, — просто ответил он, — но мне больше по душе фигурка той, юной Венеры.
— В самом деле?..
Ладонью накрыв мою руку, Рок Пендоррик заметил:
— Она просто очаровательна. И я предпочитаю заполучить ее.
— Ну что ж, пожалуй, мне пора домой, — не к месту заметила я.
Он лишь улыбнулся в ответ.
У меня было такое чувство, словно он прекрасно понимает, что творится у меня в душе. Что скрывать, мне действительно нравилось его общество, я хотела как можно чаще видеться с ним. Я уже давно призналась себе, что для меня этот человек был не просто потенциальным покупателем работ отца.
Рок Пендоррик небрежно сообщил:
— Мистер Фарингтон сказал, что ты своеобразный коммерческий директор его студии. Теперь я и сам вижу, что это так.
— За художником всегда нужен присмотр, — ответила я.
— Особенно сейчас, когда моей мамы больше нет в живых…
Несмотря на то, что после смерти матери прошло уже три года, как всегда при упоминании о ней, мой голос невольно дрогнул. Рассердившись на себя за эту слабость, я быстро добавила:
— Она умерла от туберкулеза. Мои родители переехали сюда в надежде, что здесь ей станет лучше. Мать была прекрасным менеджером и вела все дела отца.
— Так значит, свои деловые качества ты унаследовала именно от нее? — Его глаза были полны сочувствия, и это растрогало меня.
Или мне показалось?.. Несмотря на растущую привязанность к Року, я чувствовала, что в нем есть нечто загадочное, словно он намеренно что-то скрывал от меня. Это ощущение хотя и приводило меня в полное замешательство, тем не менее все больше разжигало мое любопытство.
— Надеюсь, что это действительно так, — ответила я.
— Должно быть, твоя мать прекрасно разбиралась в бизнесе?
— Да.
Короткий ответ помог мне скрыть предательскую дрожь в голосе.
