Я поняла, что старик пытается что-то сказать мне, поэтому приблизила свое лицо к его.
— Ты здесь, Фейвэл?
— Да, дедушка.
— Это конец, Фейвэл.
— Нет.
Он слабо улыбнулся.
— Так недолго… я был счастлив. Счастлив, как никогда. Фейвэл, ты должна быть… — он вдруг нахмурился, — должна быть… осмотрительна… Принадлежит тебе… Убедись…
Я догадалась, о чем хотел сказать дедушка; Даже на смертном одре он думал о своих деньгах.
— Теперь все будет по-другому… Когда они у тебя есть… Не сможешь быть уверена никогда… Фейвэл… Берегись…
— Дедушка, пожалуйста, не беспокойся обо мне.
Не думай ни о чем, кроме выздоровления. Ты непременно поправишься, ты просто обязан это сделать ради меня.
Он отрицательно мотнул головой.
— Не мог найти… — начал было он, но его дыхание стало прерывистым, глаза закрылись. — Я так устал. Береги себя, Фейвэл.
Какое-то время его губы еще шевелились, не издавая ни звука. Он откинулся на подушки, и его лицо как-то сразу сморщилось и посерело. К моменту приезда доктора Клемента все уже было кончено.
"
"Мы сидели в той самой гостиной, где разыгрывались наши шахматные баталии, — доктор Клемент, Рок, сестра Грей и я.
Эндрю Клемент сказал:
— Этого следовало ожидать в любой момент. Он звонил в колокольчик?
— Нет, в противном случае я бы непременно услышала, ведь моя комната рядом. Колокольчик всегда находился у его милости под рукой. Первым к нему вошел Досон. Он закрывал двери и увидел, что в комнате лорда Полхоргана горит свет. Войдя, он застал его в удушье, скрюченным от боли.
Досон позвал меня, и я сочла необходимым немедленно ввести морфий.
Поднявшись, доктор Клемент подошел к двери и громко позвал:
— Досон, вы здесь? Досон вошел в комнату.
— Говорят, именно вы обнаружили лорда Полхоргана, когда у него начался приступ?
— Да, сэр. У его милости горел свет, и, увидев его, я решил заглянуть, чтобы проверить, все ли в порядке. Хозяин пытался попросить что-то, но я не сразу понял, что именно. Затем сообразил, что ему нужны таблетки. На месте их не оказалось, поэтому я и позвал сестру Грей.
Она сделала мистеру Полхоргану укол.
— Значит, приступ закончился трагично потому, что он вовремя не принял таблетки? — спросила я.
— Я всегда втолковывала лорду Полхоргану, что таблетки должны постоянно находиться при нем, — заметила Алтея Грей.
Досон смерил ее полным презрения взглядом.
— Я нашел их потом, сэр. Уже после того, как его милости был сделан укол морфия. Коробочка раскрытой валялась на полу. Таблетки рассыпались.
