Засунувший голову под подушку лис завозился и протестующе тяфкнул. Но на него уже никто не обращал внимание.Дюк поднял за подбородок голову Иви, не давая ей смотреть на колыхание подола. И мягко, едва касаясь, прижался губами к губам. Она порывисто вздохнула, и поцелуй тут же углубился. Властно, захватывающе, утверждая свое право на женщину, Дюк целовал запрокинутое лицо.И гон усилился, разлился по комнате.
- Умница, - выдохнул волк прямо в рот. Он пил, вкушал, забирал, уверенно брал ее в простом поцелуе.
Отстранялся и жадно, отчаянно счастливо смотрел, слушая безвольные, все более громкие постанывания.
Нет ничего прекраснее в мире, чем соски любимой девушки, раскрытые в ворохе кружев, трогательные и беззащитные. Они торчат розовыми смешными треугольниками, не просто нежные или возбужденные, а словно перья судьбы, расписывающиеся в договоре единения сердец.Еще виток, еще дрожание. И скоро будет точка.
- Гровер! – рыкнул Дюк.
Младший вынырнул из-под юбки, резанул шалыми глазами.
Посмотрел, как Дюк наклоняет на себя спинку стула, жестко его удерживая. И принимаясь опять целовать бесконечно послушную их желаниям, уже полулежащую Иви.
- Пусть посмотрит, - хрипло попросил он брата, - она любит смотреть.
И получил сразу троих зрителей. Даже лис вытянул нос из-под подушки.
Ответный вызов животного гона Гровера схлестнулся и закружился с магией Иви. Это было больше, чем страсть. Сильные чувства приходят, обезоруживают и уходят, оставляя беззащитных и растерянных.
Однако волк пел песню не временных чувств, а своей зависимости, вечного безумного желания быть единым целым с лисой, в которую втрескался, вбился всем сердцем с первого взгляда.. Его гон был мукой невозможности сдержать своего зверя и счастьем выбора честной человеческой ипостаси.Иви вздохнула, когда он поднял ее юбку. Они не сводили глаз друг с друга и дышали в унисон, глубоко и порывисто. Девушка продолжила смотреть, когда шелковый, подрагивающий от напряжения ствол начал медленно скользить в ее заласканное лоно.
- Я твой, - выдохнул Гровер.
- Я твоя, - эхом отозвалась Иви."
"То вместе, то отдельно. Но все-равно вместе. Сцепляясь сердцами, улыбаясь друг другу.
- Гровер, - нежно пропела она.
И он не выдержал, дернулся, напрягаясь, темнея лицом. Звук голоса любимой девушки спустил крючком удовольствия, сопротивляться которому не было ни сил, ни возможности.
- Гровер, - повторила Иви.