Еще один – Заррагбан – является вотчиной кронпринца и, наконец, четырнадцатый – столица, великолепный Миррагдель, город дворцов, алмазных шпилей, мраморных фонтанов и площадей, где тысячелетиями короновались и правили древние короли.
Каждый тор имеет своего официального представителя, который входит в высший орган исполнительной власти – Совет Двенадцати, что постоянно находится при короле. С их помощью Его Величество всегда в курсе того, что происходит в его землях и чем живут его подданные.
И вот сейчас эти высокопоставленные вельможи, творящие историю своими руками, занимали места согласно установленным традициям и рангу.
Они были единственными, не считая венценосной семьи, кому разрешалось сидеть в присутствии короля.
Оставив Брейна, я встала рядом с причитающимся мне местом на третьей ступеньке от трона. Как невестке короля, мне полагалось даже не кресло, а всего лишь маленький пуфик – таковы были правила этикета Тор-на-Дун.
Наконец церемониймейстер объявил о прибытии короля, массивные двухстворчатые двери распахнулись, и в зале появился Его Величество Даггерт в сопровождении наследника и солдат из личной гвардии.
Он стремительным шагом пересек помещение. Скользнул по притихшей знати хмурым взглядом, задержал его на мне несколько дольше, чем позволяли приличия, и, с грацией пантеры опустившись на бархатную подушку, занял мраморный трон.
Айренир же казался настолько погруженным в свои мысли, что практически не заметил моего присутствия. Я пристально следила за ним, пока он шел по залу, пытаясь прочесть на его лице ответы на те вопросы, что столько времени мучили меня.
Но каменная маска, которой он скрывал свои чувства, не давала мне ни малейшего шанса.
Он даже не обратил внимания на приветствия приближенных. Молча опустился в кресло и тут же замкнулся, как человек, решающий важную дилемму, от которой зависит если не его жизнь, то будущее уж точно.
Но вот все заняли свои места, и герольды протрубили о начале собрания.
Глава 8
В проход между столами шагнул Брейн в сопровождении товарищей.
Слишком серьезный, слишком собранный, совсем не похожий на того бесшабашного молодого мужчину, рядом с которым я стояла в коридоре. От него исходили волны внутреннего напряжения, говорившие о том, что он здесь не только для того, чтобы засвидетельствовать почтение темному королю.
Приблизившись к трону, веры опустились на одно колено и низко склонили головы, подставляя обнаженные шеи – жест доверия и повиновения.
