Даже рискнула в возрасте сорока лет родить еще одного ребенка, надеясь на очередную удачу, но родилась моя сестра, став большим разочарованием в ее жизни. Даже ее недавнюю смерть мама пережила так, словно умер домашний питомец, а не родная дочь.
– Одумайся, Булат! – шипит она, цепляясь за мою руку тонкими пальцами с неожиданной для такой больной женщины, силой. – Джалал доберется до тебя! Ты хочешь уступить ему? Отдать то, что принадлежит тебе?
– Джалал сядет в тюрьму при любом исходе, мама, – твердо говорю я.
– У нас есть свидетель в лице Азы и отпечатки его пальцев на ноже. Даже если я умру, он в любом случае ничего не получит. Он расплатится за то, что убил Селима и папу, обещаю!
– Селиму все равно! – рявкает мама. – Они с твоим отцом давно гниют в могиле, понимаешь? Отмщение нужно только живым. А еще нужны ресурсы, чтобы удерживать власть. Ты сам роешь себе могилу, Булат. Глупый мальчишка! Ахметовы отнимут у нас все, если ты продолжишь в том же духе, а Джалал просто убьет тебя и Азу.
Я и так одной ногой в могиле, так что мне все равно, что будет со мной, но я не могу допустить, чтобы ты опустил и опозорил имя нашей семьи, словно не мы были теми, кто держал всех в кулаке! Ты, а потом и твой сын должны быть у власти. Это наше наследие.
– У папы не было никакого наследия и ты прекрасно это знаешь, – не могу скрыть свое презрение. – Откуда эти императорские замашки, мама? Или ты забыла откуда вышел отец?
– Не забыла, поэтому и хочу для будущих поколений лучшего! Я была гораздо выше твоего отца по происхождению, но тебе не передались ни мое достоинство, ни его амбиции.
Что ты за мужчина, Булат? Тебя вообще волнует хоть что-то, кроме денег и женщин? Будь Джалал моим сыном, я бы искренне пожелала ему победы, потому что мне тошно смотреть на тебя!
– Я тоже тебя люблю, мама, – усмехаюсь я, спокойно поднимаясь и целуя ее в лоб. – Отдыхай и не забивай голову моими проблемами. Займись своим лечением, потому что умирать тебе еще рано, хоть ты и причислила себя к списку мертвецов.
Зайду к тебе завтра.
Она смотрит на меня волком, молча провожая осуждающим взглядом, и выйдя из ее комнаты я чувствую жизненную необходимость избавиться от негатива, который вызывает каждый наш разговор. Поэтому, недолго думая, иду туда, где живет мой новый самый важный человечек и его суровая няня, при виде которой мне все больше хочется поддаться искушению и сбросить пар своим излюбленным способом.
