– Если что чувствуешь, – проговорил он, зеленые глаза не отрывались от оранжевых язычков огня, – скажи. Я не зря… Это воевода взмок от страха, а волхв все еще пытается нас отыскать… Или уже отыскал. Я дважды чувствовал его совсем рядом. На беду, ты же знаешь, я не силен в чародействе.
Мрак хмыкнул:
– Это ты не силен?
– Не умел, – поправился Олег. – А что толку от силы? Хоть медведь, хоть лось – оба сильнее человека, но их бьют… А научиться не успеваю. Я ж говорил, мне бы забиться на несколько лет в нору, спрятаться от людей, забот, порыться в себе… А еще лучше – отыскать знающего чародея…
Мрак хмыкнул:
– Так он тебе все и откроет!
– Но нужны же ему ученики…
– Зачем?
– Ну, не знаю… Я бы обязательно завел.
А если, скажем, будет уже умирать? Неужто не передаст умения?
Мрак пожал плечами:
– Есть такие, что умрут, но не скажут.
– Почему?
– Мол, ему досталось с трудом, годами докапывался, а этот молодой да ранний пришел на готовенькое?
Олег задумался, он бы передавал свои знания охотно, ибо, чем больше людей пойдет искать Истину, тем скорее отыщут, но Мрак прав, люди, как и деревья, разные.
Есть высокие, есть низкие, есть и с гнильцой внутри. Надежнее забиться в нору, углубиться в себя, понять, как заклятия действуют, откуда эта странная мощь берется, как ею пользоваться не наугад, а как умелый строитель – топором…
– Ладно, – сказал он со вздохом, – ты настороже? Тогда держи уши на макушке. Этот волхв нас так просто не оставит. Мы его задели чем-то. Если заметишь что-то необычное, скажи.
– Скажу, – пообещал Мрак.
Олег возился за его спиной, устраивался возле огня, Мрак чувствовал его недоверчивый взгляд, волхв догадывается, что сказано не все, но молчит, не вгрызается.
Глава 44
Рассвет застал Мрака в той же позе, разве что горка мяса стала меньше. Олег и Таргитай, еще не открывая глаз, потянулись на запах, молча хватали и ели, за ушами трещало, а проснулись не раньше, чем челюсти устали двигаться.
Олег открыл глаза, отыскал все еще мутным взором Мрака:
– Доброе утро.
– Утро доброе, – ответил Мрак саркастически.
– А ведь в самом деле доброе, верно?
Олег кивнул, рот и глотка набиты мясом до развилки, помычал. Он, как и Таргитай, за ночь посвежел и даже чуточку худобу стряхнул, а сейчас оба и вовсе на глазах округляются, впалые щеки наливаются соком, скулы торчат не так остро.
– Доброе утро, – сказал и Таргитай. – Мрак, Олег… нам пешком уже нельзя. Не успеваем!
Олег помрачнел, даже челюсти задвигались медленнее:
– Сколько дней минуло?..
