Тут на них самих налетели, впервые к грохоту копыт примешались яростные крики, ругань, и Олег вынужденно заметался из стороны в сторону, защищаясь от ударов. От этой защиты пустели седла, он сам оказался в седле и частичкой сознания со стыдом понял, что, как всегда, подражает грубому, недалекому Мраку, ибо тот живет среди таких же грубых и простых людей и знает, что делать, а вот он, Олег…
На одном коне, белом и красивом жеребце с огненными глазами, уже вертелся Таргитай и размахивал огромной булавой. Вокруг него возникал простор, ибо певец часто попадал и по коням, те жалобно кричали и катились в дорожную пыль, как брошенные с размаху камешки.
Воеводы остановились на возвышении, молча наблюдали за схваткой. К ним подъехали лучники, встали в три ряда. У каждого за спиной белел широкий колчан из бересты, полный длинных оперенных стрел, луки тоже длинные, почти в человеческий рост.
Мрак наконец взревел страшно и зло. Предплечье оросилось красным, Олег подал своего коня в его сторону, вдруг да оборотню нужна помощь, но Мрак зло оскалил зубы, раненой рукой схватил одного несчастного и поднял в воздух.
Вопль прервался зловещим хрустом костей. Воин обмяк и повис, как мокрая тряпка, а Мрак мощно швырнул его, едва не свалив коня, в сторону холма с воеводами.
– Опять деремся! – вскричал Таргитай горестно. – Когда же это кончится!
– Никогда! – рявкнул Мрак окрыленно.
– Правда?
– А что мы – жабы?
– Жабы тоже бьются! – крикнул Олег.
– Вот видишь, – сказал Мрак. – Даже жабы…
– Но мы ж не жабы, – сказал Олег с тоской.
– Мы не жабы!
Судя по лицу Мрака, он хотел сказать, что тем более будут драться, кусаться, рвать зубами, но от холма раздался тягучий хриплый вой боевого рога. Уцелевшие всадники начали подавать коней назад, на земле бились раненые, сновали и сипло ругались сорванными голосами люди, уже не страшные, уже раздавленные и униженные, брошенные в пыль и кровь.
Мрак со злой гордостью оглядел изгоев. Ни тот ни другой не хотели драться, но вокруг них убитых и покалеченных не меньше, чем вокруг его коня, теперь уже его.
Сами забрызганы кровью, конские бока в красных потеках, копыта скользят в темно-красных лужах, но уже и кони пугливо слушаются новых седоков, и сами изгои даже не очень запыхались.
Он нагнулся, подхватил широкий щит, швырнул Олегу, второй бросил Таргитаю, оба поймали на лету, даже не шелохнулись, выбрал и себе.
– Готовятся стрелами… Будьте начеку.
Олег и Таргитай укрыли себя со стороны холма щитами.
