– Не оставляй меня! Прошу! Потерпи еще немного!
Матвей взглянул на нее в последний раз, закрыл глаза и затих.
Катерина, не помня себя, закричала от боли и бессилия. Матвей прямо на ее глазах превращался в стеклянную статую. Последними застыли кончики пальцев в руке Катерины. Она все еще сжимала его руку и почувствовала, как остекленевшие пальцы стали ледяными.
Красные молнии метались уже по всему залу. Они скользили под сводом, ощупывали колонны, змеились по стеклянному полу.
Ирина и Артем разбили еще несколько зеркал.
Связь между мирами прервалась. Баронесса фон Шпильце, издав яростный вопль, исчезла. Черное зеркало вновь заволокли клубы тьмы. Но красные вспышки на его поверхности лишь усилились. По ту сторону стекла словно разверзлось жерло вулкана! Там кипела лава, сыпались искры. Черное зеркало начало вибрировать.
– Прямо как Трианон тогда, – испуганно сказала Гольданская. – Черт! Может, нам стоит убраться отсюда? Такого исхода я не ожидала…
Валентин сильным ударом отшвырнул от себя Двуликого и тут же вскинул руку вверх.
Сжал пальцы в кулак. Послышался громкий треск. По своду над черным зеркалом побежали трещины, они прямо на глазах становились больше и глубже.
– Что он делает! – простонал князь Векентьев, уже пришедший в себя после удара табуретом. – Он все испортит!
Старик подполз к своему пистолету и схватил его. Он вскинул оружие и выстрелил. Пуля попала Валентину в ногу. Послышался звон, старик повалился на пол, а из брюк посыпались осколки стекла.
– Доппельгангер! – с ненавистью крикнула княгиня Щергина.
Катерина продолжала с ужасом смотреть на застывшего Матвея и не обращала внимания на происходящее вокруг. Двуликий бросился к девушке. Валентин перекатился на живот и вытянул обе руки по направлению к нему. Доппельгангер тут же споткнулся о невидимую преграду. Он рухнул на пол, и какая-то неведомая сила протащила его по полу назад прямо к Валентину. Тот схватил его за горло и придавил к краю пентаграммы.
– Отпусти! – прошипел Меняющий Облик.
– Пусть я погибну, но ты уйдешь вместе со мной, Катерина! – крикнул старик.
Девушка подняла голову и взглянула на него. По ее щекам струились слезы.
– Соберись! Не время раскисать! Матвею ты уже не поможешь, подумай о себе! – крикнул ей Валентин. – О своих друзьях, в конце концов!
– Что я могу?! – всхлипнула девушка. – Все кончено! Они разрушили мою жизнь!
Двуликий шипел и отбивался от зеркального рыцаря, его когти царапали пол, оставляя в нем глубокие борозды. Но Валентин крепко держал его.
