Длинные седые волосы на голове старика пучками торчали в разные стороны, словно недавно его основательно долбануло электрическим током. Из-под пальто виднелась рубашка со стоячим воротником и старомодный галстук-бабочка. Наряд дополняли тонкие перчатки из светло-коричневой кожи и начищенные до блеска остроносые туфли.
– Ну что? Испугал? – смеясь, сказал старичок.
– Нет. – Катерина смущенно прокашлялась. – Просто мы не слышали, как вы вошли.
Ржавые петли ворот особняка Державиных обычно скрипели так, что о гостях семейства сразу же узнавали все соседи.
И Прохор, и Матвей постоянно забывали их смазать. Но сейчас скрипа никто не слышал. Либо кто-то не закрыл вчера ворота, либо странный старичок просто перелез через ограду.
– А вы, собственно, кто, уважаемый? – поинтересовался Прохор.
– О, покорно прошу меня извинить. – Незнакомец слегка склонил голову. – Я был так поражен красотой этой юной барышни, что забыл представиться!
Катерина едва не выронила из рук шпагу.
– Ты, наверное, Катерина? – Старичок смотрел на нее, добродушно улыбаясь.
– Я так давно хотел с тобой познакомиться.
– Откуда вы меня знаете?
– Ты меня совсем не помнишь? – Он всплеснул руками. – Ну конечно, дорогуша. Какой же я болван! Позвольте наконец представиться. Валентин Борисович Державин.
Катерина изумленно вскинула брови.
Прохор шагнул навстречу старичку и протянул руку для пожатия.
– Прохор Воронин! – представился он. – А это мой сын Матвей. Очень приятно!"
"– Взаимно, господа! А я дядя твоего отца, Катерина, – продолжил старичок.
– Младший брат твоего деда Степана Державина.
– Кхм… – только и смогла произнести девушка. – Добро пожаловать…
Валентин Борисович проворно подскочил к ней и обнял за плечи. Он оказался одного с ней роста. Катерина замерла, со шпагой в одной руке и кинжалом и маской в другой, не зная, что ей следует сделать.
– Как же я рад тебя видеть, родная! – затряс ее старичок. – Столько времени прошло!
– И я… – пискнула Катерина. – Ээээ… дедушка!
– Дедушка! – восторженно воскликнул старик.
– Как приятно это слышать!
Наконец он оставил ее в покое, отстранив от себя так резко, что Катерина покачнулась, едва удержавшись на ногах. Старик оперся обеими руками о свою трость и окинул взглядом мрачный особняк.
– Я не видел этот дом уже лет пятнадцать, – сообщил он. – Но с тех пор здесь мало что изменилось. По крайней мере внешне. И как поживает Евдокия? Старая ведьма все так же на меня злится?
Катерина мельком взглянула на Матвея.
