Книга Три любовных романа — читать онлайн бесплатно полностью

Продолжая улыбаться, Клео засветила свечу, налила в бокалы вино и, взяв свой бокал, подошла к окну. В темнеющем небе мерцали первые звезды, подступившие сумерки поглощали земные тени, и она знала, что, прежде чем солнце взойдет опять, их с Джудом брак приобретет для нее новый смысл, да и для него, хотелось надеяться, тоже."

"— Садись же. — Услышав за спиной его голос, она быстро обернулась и едва не расплескала вино. В слабом освещении маленькой комнаты его черты казались мягче, рот нежнее. Но на глаза падала такая густая тень, что в них ничего нельзя было прочесть, и Клео не знала, о чем он думает.

Мясо было приготовлено отменно, но аппетит у Клео пропал, и она лишь поигрывала вилкой, глядя, как он жадно поглощает еду. Она не могла больше ждать, она должна была сообщить ему о ребенке. И его радость будет ее радостью. Нет, больше, чем радостью — самозабвенным исступленным счастьем.

Он и раньше заговаривал о детях. Именно ради них он и женился на ней. Для нее же их дети были тогда чем‑то абстрактным, бесплотным.

И она должна была поделиться с мужем этим чудом. Прямо сейчас.

— Джуд, — выпалила она тонким от возбуждения голосом, — у нас будет ребенок. Я беременна.

Его реакция была непредсказуема, но она никак не ожидала увидеть пустые, без всякого выражения глаза, когда он поднял голову и взглянул ей прямо в лицо. И она не могла понять смысла мелькнувшей в них короткой вспышки боли, пока он, отложив нож, не произнес отсутствующим голосом:

— Поздравляю.

Клео почувствовала, как в ней что‑то погасло. Это была надежда. В ней умерла надежда. Раньше она была орудием, с которым Клео сражалась против всех подобных нелепиц, но теперь несколько слов вырвали из ее груди последнюю искру. Во рту стало горько, сердце невыносимо защемило. Это был конец.

— Пошел к черту, — безжизненно проговорила она, разрываемая невыразимой болью.

— Я только что оттуда.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Джуд мягко остановил машину возле дома в Белгравии. С тех пор как Клео сказала ему о ребенке, его лицо превратилось в неподвижную маску.

— Я высажу тебя здесь и заведу машину в гараж. — За всю дорогу домой это были его первые слова, и она, все еще потрясенная, едва поняла их смысл.