Дафна заметила, что на лбу у него выступил пот.
– Нет! Я сказал: нет! Не трогать! – внезапно крикнул Чимоданов придушенным голосом.
Прежде чем у Дафны успела сформироваться по этому поводу отчетливая мысль, что-то мелькнуло в воздухе. Одна из фигур – жуткая полуящерица-полупантера, искусно собранная из жженых пластиковых бутылок и проволоки, бросилась на кота.
Депресняк извернулся, перекатился на спину и с силой ударил монстра задними лапами. Пластиковые бутылки отлетели в угол. Не успели они удариться о стену, как еще несколько монстров пришли в движение.
Среди них и самые крупные, размером почти по колено Даф. Кот зашипел, собираясь защищаться.
Дафна рванула из рюкзака флейту.
– Стоп! – крикнул Чимоданов. – Стоп! Всем стоять!.. Я сказал: никому не двигаться!
Он бросился животом на пол и сгреб своих воинственных страшил в кучу, накрыв их грудью. Те возились, пытаясь выбраться. Двигались они медленно, на человеческий взгляд, заторможенно. Исключение составляла только ящерица-пантера, которая снова пыталась атаковать Депресняка.
– Ну вот! Теперь ты знаешь… Довольна? – крикнул Дафне Чимоданов.
Даф опустила флейту.
– Я – нет… Но кое-кто обрадуется, что не ошибся в тебе. Ты не представишь мне свою орду?
Чимоданов вскинул голову и, недоумевая, уставился на нее.
«Ага! А вот теперь ты точно удивлен! Пытаешься просчитать меня, но не можешь», – удовлетворенно подумала Даф.
Убедившись, что монстры успокоились и больше не бросаются на кота, Петруччо встал.
– Хм! Ты действительно хочешь познакомиться с моими монстрами? – протянул он недоверчиво.
– Подтверждаю. С тобой же я познакомилась, – ответила Дафна, убежденная, что Чимоданов, в отличие от своей мамочки, не уловит иронии.
Так и оказалось.
– Их тут сорок, но большинство получились неживые. Я так и не смог ничего с ними поделать, – сказал Петруччо, кивнув на неподвижные фигурки на полках.
– А живых много?
– Живых только пять. Правда, иногда они оживают не сразу, а с запозданием… – сказал Петруччо.
– А как ты их оживлял? – спросила Даф.
Для нее важно было понять: происходило ли это по магическому ритуалу (тогда это свидетельствовало бы, что перед ней маг, которому место в школе волшебства) или по творческой созидательной или разрушительной воле (это уже врожденный дар стражей).
Чимоданов замялся.
– Я сам не знаю… Я дышал на них. И представлял.
– И все?
– Ну да. Все. Когда первый вдруг ожил и шевельнул рукой, я ужасно испугался. Поклялся больше этого не делать. Ни за что. Никогда.
«Страж.
