– Не давите на меня, или я уйду и будете давить на пустоту!
Тотчас ему стало ясно, что не нужно было этого говорить, но слова уже вылетели и более того – достигли цели.
На губах у Арея выступила зеленоватая пена, и жилы, толстые как канаты, стали набухать на лбу. Но это продолжалось лишь мгновение, потом Арей обмяк и расслабился. Он умел брать себя в руки.
– Что ж, – произнес барон мрака. – Я лишь хотел как лучше. Поверь, я бы сумел сохранить твой эйдос лучше, чем Лигул. Возможно, когда-нибудь ты бы даже получил его назад… Вскоре заварится каша, и никто не знает, как и что будет.
Я могу предсказать движение одного бильярдного шара, но не могу предсказать траекторию всех, особенно задетых случайно.
– Я не боюсь, – сказал Мефодий. – Но как быть с Натой, Чимодановым, Мошкиным? Их же тоже могут убить. А Даф?
Арей пожал плечами.
– Даф не грозит абсолютно ничего. Во всяком случае, лопухоидов ей бояться нечего. А вам четверым могу только посоветовать быть осторожнее. Держитесь поближе ко мне и к Улите.
И не забывайте руны, которые вы зубрили весь день… – заметил он.
Когда Арей вновь уткнулся в бумаги, Мефодий вышел в приемную и выглянул за дверь, вновь ощутив неприятное отделение головы от тела. Он увидел, что к микроавтобусу присоединился темный внедорожник. К внедорожнику от перекрестка подбежал гаишник, но водитель, не выходя из машины, быстро показал ему корочку, и гаишника как ветром сдуло. Некоторое время спустя заднее стекло внедорожника опустилось, и Мефодий увидел в нем троих мужчин.
На асфальт бросили окурок, и затемненное стекло вновь заскользило вверх.
Мефодий вернулся в приемную.
* * *До половины первого ночи все было спокойно. Наконец на улице все стихло, и в тишине хорошо слышно было, как подъехал и остановился снаружи одинокий автомобиль. Из него никто не вышел и к нему никто не подошел, но дорожные рабочие, занимавшие наблюдательные посты вокруг здания, оживились.
Действовали они спокойно, без суеты. В их движениях чувствовались навык и опытная уверенность.
Двое встали по углам особняка, еще четверо – среди них трое в спецовках дорожных рабочих, один в кожанке – направились к дверям. Руна пятого измерения исчезла. Улита успела уже отряхнуть руки от штукатурки. Приемная вновь приобрела облик среднестатистического офиса со скучными столами и шкафами с документацией."
"– Бегите в кабинет к Арею! – велела Улита Нате, Петруччо и Мошкину. – А ты, Меф, останься со мной. Повеселимся!..
