Все расходы взяла на себя принимающая сторона, комиссар устроил вам командировку.
– Было дело, а что?
– Ты решил, в принципе, оттянуться, портье в гостинице дал адресок девицы, ты отправился туда один, без Дегтярева, и попал в полицейский рейд. Ажаны, в принципе, вылавливали проституток. Помнишь?
– Ща, погоди, я в коридор выйду, – зашипел Женька, – вот уж не знал, что ты в курсе! Ерунда вышла. Я и в мыслях не имел Люське изменять. И потом, разве это измена, с проституткой?
– Давай оставим в стороне твои отношения с супругой, – фыркнула я, – французы законопослушные люди, бюрократы, а ты иностранец, нарушивший закон.
Где-то в недрах соответствующего комиссариата лежит протокол, тебя могут не пустить в Париж. Представляешь реакцию Люськи, когда она узнает причину отказа?
Глава 24
– Что делать-то? – растерялся Женька. – Я об этой глупости и думать забыл!
– А бумажки лежат, – добавила я масла в огонь, – ждут своего часа!
– Вот перекись марганцовки!
– Можно, конечно, в принципе, попросить комиссара Перье, – голосом кота Матроскина продолжала я, – он способен помочь.
Сам знаешь, иногда из архивов пропадают документы, компьютер сбой дает, это несовершенная машина, тупая железяка. Ткнет человек пальцем не в ту кнопку, и бац! Стерлось!
– Дашута, – взмолился Женька, – мое счастье в твоих руках!
– Ради тебя я готова на все, – заверила я, – вот только… бюрократия! Французы действуют лишь по распоряжению начальства!
Из трубки послышался треск, скрип, потом Женька пробасил:
– Давай номер того мобильного!
– Записывай, – прочирикала я, – пока ты ходишь к Гоше, я успею соединиться с Жоржем.
"
"Человеку двадцать первого века жить намного легче, чем тому, кто родился лет сто назад. Конечно, году этак в 1900-м воздух был чище, люди спокойнее, а газеты не печатали жуткие фото с места авиакатастроф. Зато стоматологи лечили зубы без наркоза, не было хорошей косметики, а женщины носили корсеты и полностью зависели от мужчин. А еще интересно, что бы сказал шеф жандармерии, услышь он о том, как легко можно найти человека, если у того в кармане лежит активированный мобильный.
Вообще сотовый – это великое изобретение, весь ход мировой истории мог бы оказаться другим, обладай Наполеон или Александр Македонский беспроводной связью.
Резкий звонок прервал пустые размышлизмы.
– Номер очень медленно едет по улице Викулова, – отрапортовал Женька, – когда остановится, сообщу номер дома.
– Женька! Ты гений! – закричала я.
