Ничего, что могло бы помочь выйти на его след. Встречались они на улице. Приезжал он на такси. Как звали и куда ездили, Петечка не знал. Так как в дорожной суете не мог уследить за такси.
— Так, сыщик из тебя никакой, — заключила Кира. — Но что-то еще ты про Алену рассказать можешь?
— Что? Она была очень скрытна. Врать не врала, но и всей правды не говорила.
— Но о чем-то вы должны были разговаривать. Хотя бы в промежутках между сексом. Вы же оба не курите, то есть не курили, вам нужно было чем-то заняться!
— Мы и разговаривали.
Сплетничали, рассказывали анекдоты, смеялись, а потом снова занимались любовью. Это было бесподобно. Алена умела выделывать такие штуки! Я ни до нее, ни после никогда ни с чем подобным не сталкивался.
Киру уже начал раздражать этот панегирик сексуальным подвигам Алены. Не затем она завела этот разговор, чтобы слушать подобное о покойнице. Никакого понятия о приличиях у некоторых!
— Ты по делу говори! — прикрикнула она на Петечку. — Говорила тебе Алена, где всем этим штучкам обучилась?
— Нет.
— Но уж явно не в их общине. Кстати, ты знаешь, почему она оттуда сбежала?
— Ее родители замуж за старика отдать хотели.
— И это был повод?"
"— А у него еще три жены до Алены было. И все они умерли якобы от сердечного приступа. Но Алена считала, что этот человек их убивал. Вот она и испугалась.
Кира только присвистнула. Ну и ну! А ей Апостол не показался таким уж опасным. Немного озабоченным — да, и глаза у него горели, но чтобы убить жену, а потом брать очередную жертву? И все об этом знали? Или если не знали, то догадывались? Это уж слишком! Даже для терпеливых членов общины.
— Может быть, это были только слухи? — предположила она.
Петечка не спорил. И, расспрашивая его дальше, Кира поняла, что он имел весьма туманное представление о детстве и юности Алены. И уж совсем никакого о том, чем она занималась позже. После секты и до своего замужества.
— И вообще, у нее там, в ее секте, друзей не было, — вконец измученный расспросами, заявил Петечка.
— С родителями она никогда духовно близка не была, считала их законченными придурками. От братьев и сестер помощи тоже не ждала. И только один человек из всей общины помог ей, когда пришлось особенно худо.
— Да? В самом деле? И кто он?
— Не знаю, — ответил Петя. — Алена нас с ним не знакомила. Но называла его Митенькой.
— Как?!
— И еще говорила, что к нему я ее точно ревновать не должен. У нее с ним ничего никогда не было, да и быть не могло.
