— Речь идет о твоем счастье! Ты должна с ним поговорить!
— Я не могу! — буквально простонала Лила. — Он не хочет со мной говорить! Не берет трубку! Видит, что высвечивается мой номер, и не берет.
— Позвони ему с трубки какой-нибудь из своих подруг. Пошли сообщение. Возьми у прохожего молодца. В конце концов, существуют еще телефоны-автоматы!
— Я пробовала. И из автомата звонила. И с чужих сотовых. Все бесполезно! Когда Гасан слышит мой голос, он сразу бросает трубку!
Что ж, отчасти ситуация прояснилась. А с другой стороны, запуталась еще больше.
Почему Гасан резко отвернулся от своей невесты, с которой его связывали тесные и теплые отношения? А если это даже было и не совсем так (Лила могла преувеличивать силу чувств своего жениха), то все равно Гасан ходил в женихах целых пять лет. И отвернуться от девушки в тот момент, когда она потеряла горячо любимого брата… Это ли не жестокость?
Так что же произошло?
— Давай телефон своего жениха, мы позвоним ему сами, — решила Кира.
— А вы спросите?..
— Мы душу из него вытряхнем! А если не у него, так у Сафара выведаем.
— Он вам не скажет.
— Нам нет, но Эмину запросто проболтается.
— А у него — кто?..
— У него Тома вытянет.
В голосе Лилы забрезжила надежда.
— А она захочет? Мы ведь с ней почти незнакомы.
— Тома захочет! — заверила ее Кира.
И она сама искренне верила в то, о чем говорила. Женская солидарность — великая вещь. И когда женщины не делят между собой одного мужика, они друг за дружку буквально горой стоят.
— Все будет в порядке! Вот увидишь!"
"Гасан оказался очень даже симпатичным молодым человеком.
Пожалуй, лет на пять-семь постарше Лилы. Говорил также без акцента, и о кавказских корнях в нем напоминало, пожалуй, только его имя и форма носа. А вот характер у Гасана оказался сложным. И если, услышав про убийство Алены, он охотно согласился встретиться с представителями (как он считал!) правоохранительных структур и даже сам выразил такое желание, то о своей личной жизни молчал, как партизан.
— Алену я знал только как жену своего друга, — объяснял он подругам.
— Не очень хорошо. У нас с ней ничего быть не могло. Я же не последняя собака, чтобы так поступать.
— Но все равно ты же должен был с ней как-то общаться? Разговаривать?
— Зачем? — искренне удивлялся в ответ мужчина. — Я же вам объясняю, у нас с ней быть ничего не могло!
Похоже, Гасан относился к тому, увы, не редкому типу мужчин, которые воспринимают женщину исключительно как объект сексуального интереса.
