Трубку он снял. Но, не дав Кире даже рта раскрыть, тут же наорал на нее.
— Где вы обе шляетесь? Обещали звонить мне с отчетом каждые два часа. А не звоните. И трубки выключили. Почему ты такая безответственная, Кира?
Как ни странно, от его возмущенного голоса Кире немедленно стало легче. Она собрала разбегающиеся в разные стороны мысли и произнесла:
— Не звонила, потому что не могла. Мы пробрались в их логово!
— В какое логово? — снизил голос Еремей. — Кира, где вы?
— Не ори так!
— Говори громче!
— Не могу громче.
Нас могут услышать.
— Кто?
— Они.
— Кто — они?
— Еремей, я не знаю, кто они такие! — вырвалось у Киры. — И у меня трубка садится. Но тут производят какие-то опыты над людьми. Сотрудники ходят в зеленой медицинской форме. И все в белом кафеле. И пахнет дезинфекцией.
— Вы в поликлинике?
— Ага, еще чего придумай! Нет, это дом…
— Какой дом?
— Я не знаю.
— Ты не видела дороги? Тебя туда привезли с завязанными глазами?
— Нет. Я сама пришла. Под землей.
— Под землей? Под какой землей? Как под землей? На метро приехала?
Кира застонала.
Объяснять все в подробностях не было смысла. Но, кажется, Еремей это и сам понял.
— Ладно, — решительно сказал он. — Так, окна есть?
— Да.
— Можешь подойти к ним?
— Наверное, могу. Да, могу.
— Подойди и опиши мне, что видишь.
Кира послушно вылезла из-под кровати. И подошла к окну.
— Ой! — обрадовалась она. — А я ведь знаю, где мы. Мы в…
Но в этот момент трубка словно сама собой вырвалась из ее руки. Кира успела только вскрикнуть.
И в следующую минуту почувствовала, как ее с силой дернули за волосы и волокут теперь прочь от окна.
— Еремей! — пыталась позвать она на помощь.
Сильная мужская рука заткнула ей рот. А потом Кирина щека вспыхнула огнем от сильной оплеухи. От удара девушка не удержалась на ногах и просто отлетела к стене. Рядом с ней в стену врезалась ее трубка, осыпав Киру осколками. Девушка в страхе замерла, глядя на своего обидчика.
— Что это вы затеяли с подружкой?! — задыхаясь от гнева, перед ней стоял Посланец.
Кира не услышала, как он вернулся в комнату. Зато он услышал ее телефонный разговор с Еремеем. И успел вмешаться, не дав Кире сказать самое важное.
— Вы кто такие? — продолжал допытываться у нее Посланец.
Кира молчала. Что она могла сказать? Но вид у Апостола был до того жуткий, что Кире даже почудилось: промолчи она, и он либо задушит ее своими огромными ручищами, густо поросшими черными волосами, либо просто забьет ногами, изувечив или даже убив.
