Меня отбросило на землю, корзина свалилась набок, и только чудом хрупкие гиацинты не пострадали.
Надо мной возвышался смутно знакомый мужчина и озадаченно тер грудь. Совершенно очевидно, что я врезалась в него со всего размаха, потому и упала. Мужчина протянул ладонь.
– Поднимайтесь! Что за дикая кошка! Вы всегда так бросаетесь на людей?
– Что? – вспыхнула я. – Сами смотрите, куда идете!
Слова извинения, которые я уже готова была произнести, теперь прозвучали бы неуместно. А потом я узнала Брэна… Брана? Этого проклятого журналюгу! Он мне и в первый раз не понравился, а сейчас и вовсе стал раздражать.
– А, так это вы! Разве вы не должны быть в редакции и писать рекламную статью? За которую я вам, между прочим, заплатила!
– Статья выйдет утром, как ей и положено! А у меня есть дела и помимо рассказа о чудачестве дамочки, начитавшейся любовных романов.
Я задохнулась от возмущения! Нет, мне не показалось, журналюга действительно оказался предерзким типом – язвительным и нахальным.
Хуже любого тролля: они, как я уже сказала, очень застенчивые создания. Такие тихие, стоит только вытащить их на свет.
Хотелось отбрить негодяя, но я сдержалась. Леди я или базарная баба! Опускаться до уровня этого писаки – ниже моего достоинства.
– Отлично, – ответила я, приподняв подбородок. – Мы уходим!
– Мы? – переспросил журналист, изогнув бровь.
Не о себе ведь он подумал, в самом деле!
– Мы с дочерью! – холодно пояснила я.
Только теперь Бран заметил Рози, которая робко выглядывала из-за моей спины.
Взгляд его серых глаз удивительным образом смягчился, хотя, уверена, он не думал, что я замечу.
Я потянулась к корзине, но журналист подхватил ее первым.
– Провожу, – односложно уронил он.
Вот еще! Не хватало мне попутчиков!
– Я могу со всем справиться сама! – ответила я, пытаясь отобрать ароматную и красивую, но очень уж неудобную ношу.
– Я делаю это не для вас, а для этой юной леди, – отрезал нахал и пошел вперед как ни в чем не бывало.
– Я не леди! – пискнула Розали, вспомнив наш уговор.
– Для меня все женщины – леди.
Слух меня обманывал, не иначе. С таким каменным выражением лица не говорят комплиментов. Хотя рядом с Рози даже разъяренный гоблин превратился бы в ласкового котенка. Моя доченька умела завоевывать сердца.
– Рози! Рози, возьми меня за руку!"
"Я бросилась догонять своего птенчика. А она вьюном вилась вокруг журналюги и болтала без умолку.
