И придется менять и образ жизни, и подход к делу, потому что может и не хватить этих доходов.
Вот обо всем этом я раздумывала, с комфортом двигаясь из дома в сторону дороги и мини- харчевни. Хотя зима и была здесь вполне полноценная, с холодами, ветрами, метелями, но большую дорогу не переметало, поэтому вполне можно было ездить на колесах. На полозья кареты и телеги ставили лишь в самом предгорье, где всегда снега было больше.
На площадку я приехала вовремя, скандал начинал набирать обороты. Харчевня работала, на площадке стояли, как минимум два обоза. В общем, народу полно. Но сейчас никто не обедал. Все, побросав свои миски, столпились в середине площадки, оттуда слышались вопли одного человека. Голос был мужской, но с какими- то бабьими подвизгиваниями. Я решительно направилась в толпу.
Кучер Ганс, правильно поняв мои намерения, тут же ввинтился в толпу передо мной, освобождая мне проход. Народ ворчал, но оглядываясь, и видя меня, замолкал и расступался.
Некоторых обозников я даже узнавала. Вон, наш любимый дед- чахенец, который самый первый раз активно начал покупать наши гамбургеры, потом оставил нас без обеда, создал ажиотажный спрос на вязаные изделия и стиральные доски.
.. Я уважительно кивнула ему, приложив руку к груди. Аништа сказала, что у них так принято здороваться с уважаемыми людьми. Дед расплылся в довольной улыбке.
Наконец, я пробилась в круг. Интересная картина там была. Почти посередине стояла растерянная наша фру Клара, а вокруг нее бегал яростно сопящий, невысокий мужик, какой- то перекошенный, что ли. Я пригляделась внимательнее, да, у него одно плечо выше другого.
Сколиоз, что ли? Мужик показался мне смутно знакомым, видела его где- то вроде. А что он там орет? Клара молчит, теребит в руках край передника, выскочила из ларька, только накинув кожушок, не застегивая.
А мужик разорялся, играя на публику, заводя самого себя на истерику. Видала я такой тип людей. Дурак - самовзвод называется.
