Да, я не ошиблась, господин Вальтер понимал толк в украшениях!
Мало изготовить их, надо суметь ещё продать украшения с выгодой для себя. Здесь, в Нойфельштадте, я не хотела продавать. Вряд ли местный ювелир даст хорошую цену, да и не обрадуется конкуренту, у харчевни тоже с таким товаром не встанешь. Вот и остаётся Беллин, столица всё- таки. Но и там я никого не знаю, чтобы сунуться куда- нибудь, где меня не попытаются обмануть. А знать, если смысл заниматься этим в дальнейшем, мне бы хотелось. Вот в связях господина Вальтера я почему- то не сомневалась, так же как и в том, что он меня не обманет.
Когда он поинтересовался, где и за сколько я приобрела такую красоту, я созналась.
- Господь с вами, господин Вальтер! Откуда у меня такие лишние деньги! Это я сделала сама. Научилась ещё в далёком детстве, служанка у нас была одна, вот она меня и научила. Бисер нашла тут, кристаллы из Яблунцива купила по заказу у чахенских купцов, а канитель у местного ювелира. Цену он, скажу я вам, заворачивает совсем даже немаленькую! Но у меня теперь проблема, я хочу продать этот гарнитур, но… - и я изложила суть своей проблемы.
Господин Вальтер понимающе покивал головой и согласился с моими доводами. Потом, подумав немного, предложил.
- Если вы мне доверяете, госпожа баронесса, я бы мог показать кое- кому эти украшения в Беллине. Я думаю, там найдутся ценители, которые дадут достойную цену. Я буду в столице около недели, на обратном пути обязательно заеду к вам.
Я упаковала шкатулку, и на следующее утро казначей отбыл в столицу.
Насколько смогли, настолько снабдили господина Вальтера различным фаст- фудом в дорогу, так, чтобы можно было просто разогреть и есть. Чтобы не ел сомнительные яства в придорожных харчевнях, сейчас, после праздников и в отсутствие караванов, много несвежей еды имеется на постоялых дворах и трактирах. А ехать казначею от нас до столицы почти сутки.
Я и не подозревала, что вскоре вокруг моей персоны начнут разгораться страсти на самом высоком уровне.
ТЕМ ВРЕМЕНЕМ В КОРОЛЕВСКОМ ДВОРЦЕ.
Иоганн в раздражении швырнул грязный камзол на пол и шагнул в ванную. Там суетился его личный камердинер Шульц, готовя горячую ванну для принца. Пять минут назад Иоганн ввалился в свои покои во дворце, мечтая о горячей ванне и сне, хотя бы часа три- четыре подряд. Даже не слушая жалобных рулад желудка, поест он потом, вначале мыться и спать. Но таким сладким мечтам сбыться было не суждено. Следом за ним в его комнаты просочился личный порученец отца Петер.
