— Мне нужно… тебе сказать.
Сгорающая от страсти, непонимающая, что происходит, и немного обиженная, я села в кровати. О каких разговорах могла идти речь в такой момент? Он с ума сошел?
— Знаешь, я ведь раньше не представлял, каково это, когда любишь… любишь настолько, что готов сдохнуть, лишь бы ты она счастлива. Готов уйти, отказаться, раствориться во тьме.
— Не смей! — испуганно вскинулась я.
Элай медленно обернулся. Мрачный, сосредоточенный, с горящим темным пламенем взором.
— Ты… ты должна знать, кто я.
— Я знаю.
— Не знаешь. Хозяин теней никогда…
— Не любил и не женился, — нетерпеливо перебила я. — Знаю. И про… детей мне тоже известно.
— Известно? — удивился он, продолжая пристально всматриваться в мое лицо.
— Не переживай, меня успели просветить. Но мне все равно. И никто не знает, как сложится в будущем. Говорят, хозяин теней не способен на любовь, но ты ведь полюбил. Меня полюбил. А дети… не знаю… я сама еще ребенок. Мне восемнадцать. Может, я вообще не создана для материнства.
А вот дар и цепи уже есть. — Я провела пальцами по цепочкам, которые до сих пор украшали мою шею. — Мы их обязательно снимем. Есть еще Ирис и Дейзи. Они тоже наследницы. Мы поможем им и их детям.
— Шанти…
— Если это все доводы, то…
— Не все, — покачал он головой, а потом глубоко вдохнул и выпалил, будто ныряя в бездну: — Шанталь Луиза Эббот, ты станешь моей женой?
— Сейчас?
Случилась небольшая заминка.
— Через полчаса. — Пауза. — Или через час.
— Как быстро, — тихо рассмеялась, прекрасно понимая, что Элаю сейчас не до смеха, поскольку он напряженно ждет моего ответа.
— Знаю, ты не хотела так быстро, но обстоятельства… — принялся оправдываться он.
— Я согласна, — перебила, наслаждаясь написанным на его лице волнением. — Хоть сейчас.
Элай застыл, словно не до конца верил в реальность происходящего.
— Согласна?
— Да. И тогда ты никуда не денешься от меня.
Он стремительно шагнул ко мне. Я затаила дыхание, ожидая продолжения. Впрочем, Элай удержался, одарив меня таким взглядом, что внутри все начало плавиться.
Он вздрогнул, сглотнул и выдавил чуть слышно:
— Позову госпожу Еллер.
— Что? — опешила я, не ожидавшая от него такого.
— Тебе надо переодеться и позавтракать, — пятясь назад и не отрывая от меня глаз, в которых вдруг заплясали лукавые искорки, произнес любимый.
Он явственно представлял, огонь какой силы сжигает меня изнутри, и наслаждался этим. Словно мстил за все дни и ночи, во время которых сгорал так же.
