Сколько лет ты добивался его прощения? И добился ли? Мама вот до сих пор не простила. Хочешь, чтобы история повторилась? Один раз я смог тебя простить. Второго не будет. Хочешь лишить меня доступа к артефакту — твое право. Но я больше не стану подчиняться твоим приказам. Мы не станем.
Он высказался так решительно и твердо, что я с трудом удержалась, чтобы не броситься ему на шею и не расцеловать. Пришло осознание: именно этого мне так не хватало. Поддержки. Безоговорочной. Полной! И я ее, наконец, получила.
— Что ж, это твое право, — сухо отозвался герцог. — Хочешь отказаться от семьи и артефакта, будь по-твоему.
— Вы не посмеете! — взвизгнула леди Флоренс.
— Еще как посмею.
И я по глазам видела, что он полон решимости выполнить свою угрозу.
— Подождите! — воскликнула я, отпуская руку Себастьяна и делая шаг вперед. Тень-кошка последовала за мной. — Вы имеете полное право поступать, как пожелаете, но сначала выслушайте меня, пожалуйста. Не лишайте Себастьяна доступа. Особенно сейчас.
Я прошу не ради него. Вернее, не совсем ради него.
Я немного помедлила, собираясь с мыслями и подыскивая слова. Оставалось надеяться, что Ясель простит меня за раскрытие ее тайны.
— Меня это не интересует, — бросил герцог, разворачиваясь."
"— Интересует! — выкрикнула я. — Всех магов интересует их будущее! Будущее их семьи. Сейчас на кону ваше. И я говорю не о Себастьяне, а о его ребенке.
В гостиной снова повисла тишина. Сегодняшний день оказался богат на сюрпризы и шокирующие признания.
Первой, как ни странно, пришла в себя Флоренс.
— Ребенок? — переспросила она. — О каком ребенке идет речь?
— Шанти, что за шутки? — устало поинтересовался Себастьян.
— Никаких шуток, — покачала я головой, посмотрев на своего все еще супруга. — Им обоим сейчас очень нужен ваш семейный артефакт. Зелья, которые я приготовила для нее, конечно, хороши, но дают далеко не такой эффект.
Муж одарил меня немного жутким, стеклянным взглядом, резко кивнул, а потом вдруг быстро, почти бегом покинул гостиную.
Вскоре раздался звук захлопнувшейся входной двери.
— Ничего не поняла. Куда это он? — растерялась Флоренс.
— Думаю, вымаливать прощение у Ясель, — хмыкнул Элай.
— У этой Форсенберг?
— У матери вашего будущего внука или внучки, — поправила я. — Поздравляю вас, леди Конте, месяцев через семь вы станете бабушкой.
Флоренс не пришлось повторять дважды. Однако услышав заветные слова, она секунды три стояла неподвижной статуей.
