Себастьян попытался что-то сказать, но почти сразу был перебит своим глубокоуважаемым дедом.
— Похоже, ты не понимаешь, насколько все серьезно.
— Понимаю. Однако доступ в хранилище не открою. Никому, — уже увереннее заявила я.
Доброжелательная улыбка медленно сползла с лица великого мага. А в глазах застыл такой холод, что я невольно поежилась, но все-таки не дрогнула. Артефакт пусть и находился далеко, но в то же время оставался рядом. Я чувствовала его поддержку и знала, что в любой момент могу попросить о помощи.
К слову, первая просьба уже родилась в моей голове. Я мысленно озвучила ее своему новому помощнику и защитнику. Тот слегка поворчал, но согласился исполнить.
— Шанти, — рискнул вклиниться Себастьян, — ты не представляешь…
— Я все прекрасно представляю, но своего решения не изменю. Это хранилище принадлежит семье Обен. Вы, при всем моем уважении, к ней не относитесь.
— Кажется, девочка стукнулась головой, — процедил герцог, обращаясь к внуку. — Ты бы занялся здоровьем своей супруги.
— С Шанталь все в порядке.
Она имеет право поступать так, как считает нужным, — вновь вмешался Элай. — Кроме того, Шанталь права: артефакт принадлежит ей, как и все остальные сокровища леди Корнелии.
— Лоран, — герцог слегка покривился, — нам предстоит семейный разговор. Ты не мог бы нас покинуть?
— Нет.
Ситуация накалилась до предела. И только я решила, будто хуже быть уже не может, как вселенная преподнесла мне новый подарок, показывая, что может. И еще как.
Входная дверь хлопнула, и в гостиную ворвалась моя дорогая свекровь.
— Где она? Шанталь!
«Теперь точно конец! Откуда она взялась? Как сюда попала? И главное зачем?»
Это единственные мысли, которые роились в голове, пока леди Флоренс Конте вздыхала и причитала надо мной, отмечая, насколько я бледная, уставшая и измученная. Меня подняли с дивана, заключили в объятия, потискали и вновь отпустили. Потом снова подняли, чтобы рассмотреть повнимательнее и подтвердить первоначальные выводы о том, что я ужасно выгляжу. После снова усадили на диван, не забывая при этом в красках рассказывать, как обо мне волновались, переживали и так далее.
Чем сильнее свекровь распалялась, тем более виноватой я себя чувствовала. А ведь не должна была.
— Я забираю Шанталь с собой, — подытожила Флоренс спустя несколько минут.
— Куда? — разом воскликнули мужчины, которые с невероятным терпением и спокойствием все это время стояли в сторонке и даже вроде бы забыли о своих распрях.
Впрочем, ничего удивительного.
