Они едва держались под толстым животом. — Я нашёл холодную кладовку в ваших закромах. Если держать там корзину, ничего не испортится.
— Вам хватает вина? — глава клана поставил корзину на стол. — Принести ещё несколько бутылок?
— Нет, благодарю, — монарх откинул тряпицу и накинулся на горшочки с азартом дочери, дождавшейся отца с подарками из дальнего странствия. — Жажда не так сильно меня мучает, как голод. “Всё от нервов”, — говорила покойная супруга. Может быть. Вы разделите со мной трапезу?
— Почту за честь.
Кеннет принял из его рук горшочек, взял салфетку с приборами и сел за стол. Есть не хотелось. Но было бы глупо изводить короля переговорами, не дав ему поужинать. Дартмунд переносил вынужденное заточение с поразительным для его возраста и положения терпением. Грубая мебель в комнате, никаких слуг и солнечного света. А всё, что он просил — “поесть нормально”.
— М-м-м, — мычал король Бессалии, обгладывая утку. — Восхитительно. Мой повар превзошёл сам себя. Он знал, для кого готовил?
— Нет, корзинку собирали в клане, — Кеннету достался крем-суп с грибами.
Одно из лучших блюд Нэди. — Мы соблюдаем секретность.
— Хорошо, — Дартмунд плеснул вина в кружку и поднял её в символическом тосте. — За успех нашего предприятия. Как там моя фальшивая задница? Удобно уселась на троне?
Кеннет легко расшифровал шутку. Речь шла о человеке с магически изменённой внешностью. Глава боевых магов клана умел создавать настолько правдоподобную иллюзию, что даже родная мать Дартмунда не увидела бы подмены.
Выражение лица, телосложение, походка, голос — всё принадлежало королю. Но носил маску другой человек.
— Да, можно сказать, что он счастлив.
— Ещё бы, — фыркнул король, рукой вытирая с губ апельсиновый соус. — Ест и спит на золоте, в туалете шёлком подтирается. Одно неудобство — могут убить.
— Мы думаем, это случится завтра на рассвете, — сдержанно ответил Кеннет. — Чуть позже, чем ваша младшая дочь попытается заколоть кинжалом старшую. Не своей рукой, разумеется. Мы следим за нанятым убийцей.
— Он из высокого квартала? — у Дартмунда пропал аппетит. Король отодвинул горшочек и сложил руки на столе.
— Да. Много лет работал на предшественника Паучихи и вряд ли пойдёт против интересов королевы преступного мира.
— Не смейте вручать этой сучьей дочери незаслуженный титул! — монарх грохнул кулаком по столу. — В ней нет ни капли королевской крови!
— Прошу прощения, Ваше Величество, — поклонился Кеннет. — Больше я такой оплошности себе не позволю.
