Насколько хватит его ярости? Когда задрожат руки, и он пропустит удар?
Я не стала ждать отказа. Прочитала его в глазах командира отряда, развернулась и пошла под окна своей спальни. Не знала, откуда ещё начать поиски, а Тахис не собирался помогать. Да, он пойдёт следом, потому что обязан, но будет занудно бубнить о моей безответственности. Ох, и Кеннет опять разозлится!
— Лина Хельда, — проворчал охранник мне в спину. — Так нельзя. Ну подумайте головой, к чему это приведёт.
О, да, конечно, подумаю. Сейчас запомню, а потом подумаю.
Когда ты, зануда в чёрном мундире, придёшь сватать Мису ко мне. Её законному опекуну. “Что? Отдать руку и сердце? Нет, так нельзя. Почему? Ну подумайте головой”.
Стиснув зубы, я дошла до угла дома и уже оглядывалась в поисках следов на земле, как услышала звон стали. Так звучало сражение на мечах! Охранники среагировали мгновенно, и я, подобрав юбку, побежала на голоса. Так быстро, как только могла. Мы не успели. Бой уже закончился. Оружие валялось на земле, а Ксанир Делири, ругаясь сквозь зубы, выкручивал руки стройной женщине.
При этом он повалил её на землю и совершенно бесцеремонно уселся сверху.
— Ублюдок! — шипела она. — Чтоб ты сдох на виселице!
— Вынужден разочарова-а-ать вас, дорога-а-ая, — слегка растягивая слова, ответил свёкор. — На виселицах болтается только отребье, к коему я не отношусь.
— Высокородный лин, — усмехнулась женщина. — Надо же какая честь. В задницу засунь своё происхождение. Ещё две минуты боя и ты бы захлебнулся своей благородной кровью.
— Умей проигрывать, солнышко.
Ксанир связал ей руки какими-то тряпками, прижал голову к земле, чтобы было трудно даже дышать, и лишь тогда обратил на нас внимание.
— Виноват, лин Делири, — капитан охраны демонстративно встал рядом со мной. — Я пытался объяснить, что безопаснее оставаться на месте.
— Ты за мной, что ли, примчалась, Хельда? — свёкор выглядел не нормально счастливым. — Испугалась за дедушку своей дочери?
“Вижу, что зря”, — крутилось на языке, но я больше не могла на него злиться.
Облегчение накатило тёплой волной, ослабевшие ноги слегка задрожали. Первая прекрасная новость за ужасный вечер. Ксанир жив.
— Да, испугалась.
— Всё в порядке, — он жестом остановил воинов, бросившихся помочь со связанной пленницей, а потом опять посмотрел на меня, даже не пытаясь спрятать широкую улыбку. — Я польщён. Говорю тебе правду, можешь пытать, если не веришь. Но в следующий раз обязательно разозлюсь, если увижу тебя, бегущей через парк на место драки.
