— Это что? — удивился Лешага.
— Часы. У нас каждому офицеру выдавали. Тут даже надпись, видишь: «командирские». И самолет нарисован, чтоб все знали, что я офицер аэродромной охраны.
— Долго, — глядя, как ползет стрелка, констатировал ученик Старого Бирюка.
— Перейти можно уже сейчас, — Нуралиев указал на Серую Воду."
"Посреди нее стояли груженые широкие барки, а у берегов так и просто лодки. Все они были соединены между собой длинными нестругаными досками. На каждой из посудин суетились люди, сколачивая мостовой настил, крепя соединяющие наплавную конструкцию толстые канаты.
— Я тут еще кое-что придумал. Под настилами мешки со всякой щепой, опилками, ветошью, шишками, я их вдобавок еще полил земляным маслом, на торжище две бочки нашел. Так что, если зажечь, то вспыхнут быстро. Когда хвост колонны прорв окажется на мосту, я подожгу всю переправу. Канаты тоже загорятся, так что она ко всему еще и развалится. Течение быстрое, не выберешься.
— Не выйдет, — покачал головой Леха. — Прорвы гонят перед собой Ужас.
Тебя скрючит от страха так, что даже шевельнуться не сможешь.
— Вовсе нет.
— Не храбрись, я по себе знаю, что это такое. Накатит — не обрадуешься. — Воин передернул плечами.
— Но, товарищ светлый рыцарь, я все продумал. Всего через полчаса у меня будет достаточно огнепроводного шнура, чтобы поджечь мост, находясь в отдалении.
— Хитро придумал. Таким образом может и получиться.
— Так точно!
Лешага подивился находчивости лейтенанта.
— Хорошо. Только есть еще одно дело, и оно требует твоего участия.
А кто же устроит поджог?..
— Объясню, что делать, Анальгину. Они управятся. Лил, а ты на всякий случай проследи. И поторопитесь, волкоглавые уже близко. К вечеру будут здесь. К этому времени рядом с переправой никого не должно быть.
* * *Воин стоял на холме во весь рост. Враг был далеко. Одни направлялись к переправе, по другую сторону верхнее зрение показывало растянутое в длину полчище. Верхом, колонной по четыре, оно двигалось караванным трактом.
— Людожоги, — прошипел Лешага, стараясь получше разглядеть всадников. Каждый из них был увешан разнообразным оружием, как дуб желудями.
«Должно быть, чем больше на нем трофеев, тем больше народу он убил», — подумал Леха.
Колонна двигалась шагом, не желая попусту утруждать коней. Но было в этом неспешном движении что-то устрашающее, будто не люди приближались к Трактиру, а какое-то многоголовое, многорукое, многоногое чудовище.
— А это кто? — удивился Леха.
