— Добыча ваша.
Радостно взвыв, Стая бросилась на тушу. Их человек был щедр и ловок, и, конечно, он был самый умный и хитрый. Он заставил шумящую смерть помогать им в охоте.
Лешага привалился к стволу дерева и только сейчас почувствовал, что смертельно устал. Это ощущение удивило его. Конечно, бежать почти без отдыха много часов кряду — не самое простое дело. Но Старый Бирюк гонял их с Бурым пожестче, и ничего, а тут вдруг усталость и какая-то тупая опустошенность накатили и не желали отпускать. Казалось, каждую самую малюсенькую клеточку его тела разламывают на части.
Он сидел, безучастно глядя, как вошедшая в раж Стая терзает Охотника, ставшего добычей. Леха не ощущал ни голода, ни радости, ни облегчения.
«Как-то все слишком просто, — вдруг мелькнуло у него в голове. — И спросить-то не у кого. Сохатый, похоже, сам боится Охотника пуще смерти. Старый Бирюк — вот бы у кого узнать, как ему удалось спастись, — снова мелькнуло в голове Лешаги. — Да где его найти?..»
Лехе вдруг живо вспомнился Марат. Этот знает все обо всем, но он сейчас наверняка, марширует с родичами домой.
«И Лилия с ним», — вдруг предательски высказалось сердце, не успел одернуть. Зубы сжались до скрежета, так что вожак оторвался на мгновение от трапезы и удивленно поглядел на хозяина.
«Приди в себя! — разозлился Лешага. — Кто тебе нужен? Никто! Только побратим, и никто другой. Все остальное — не для тебя. А Бурого с ходу отбить не получится, тут нужно понять, как. И знать это могут в одном-единственном месте, если вообще кто-то может знать!»
Ему вспомнилась давняя поговорка: «Все дороги ведут в Трактир».
Тот, кто сказал это первым, знал, что говорил. Лишь там человеку, не имеющему доступа в бунки, можно отыскать информацию о Базе. Кто-то мог видеть, слышать, а кто-то, может, и вовсе был там. Кто-то знает, что это за проклятый ошейник. Он поднялся, усилием воли преодолевая усталость, и подошел к обглоданной туше. Теперь ошейник был виден во всей красе. Внутренняя часть была покрыта множеством торчащих из него шипов, заканчивающихся чем-то вроде присосок.
— Так вот почему он не снимался, — ухмыльнувшись, Лешага ударил прикладом по веренице шейных позвонков и сдернул устройство. — Пригодится. И все-таки, — бывший страж покачал головой, — все-таки слишком просто.
* * *Лесная глушь смыкала ветви деревьев над головами идущих, сплетая их в причудливое зеленое кружево.
— Ты знаешь, куда идти? — с удивлением спросила Лилия, даже немного завидуя.
— Не очень — признался юнец.
