Весь этот год, а особенно в последнее время, Делия бросала кокетливые реплики, смотрела на него с выражением, не оставлявшим сомнений в том, что ей очень хотелось бы стать чем-то большим, чем служащая. Чем-то большим, чем просто друг. Женщиной она была привлекательной. И, помоги ему Боже, сколько раз он едва не поддался соблазну перестать делать вид, будто не замечает ее тонких намеков.
До этого момента он игнорировал ее заигрывания. Делия Тилдон была порядочной, хорошей женщиной, молодой вдовой, которая заслуживает партии получше.
Он же – испорченный товар, и внутри, и снаружи. Он слишком любил ее – как друга, конечно. Слишком любил и уважал, чтобы воспользоваться ее добротой и использовать, дабы облегчить свое одиночество.
И все же последнее время… последние несколько месяцев искушение становилось почти непреодолимым. Боль, гнездившаяся в пустоте, все усиливалась, а воспоминания терзали так, что ему приходилось прилагать немало сил, чтобы не утонуть в них. И это ужасно раздражало. Почему, ад и проклятие, он не может просто забыть?!
И все же, как ни силен был соблазн, Этан до сих пор противился притяжению Делии.
Такая женщина, как она, достойна получить сердце мужчины целиком. А ему нечего было дать. Предложить меньше будет несправедливо для них обоих.
Так он считал, пока не решил, что терпеть одиночество тоже несправедливо. Мысль о том, что кто-то может разделить с ним его жизнь, что он сможет говорить с этим человеком, слушать его, делить постель и повседневные заботы, гвоздем засела в его мозгу и, несмотря на все усилия выбросить ее из головы, не желала уходить.
Он не хотел ранить Делию, но, дьявол, так надоело жить одному! Может, симпатии и уважения достаточно? Достаточно, чтобы жениться. Достаточно, чтобы заставить его забыть. Или по крайней мере задушить постоянное желание того, чего ему никогда не иметь.
Пора отдаться соблазну. Все обсудить с Делией. Пусть решает сама, достаточно ли ей того, что он готов предложить. И может, если ему очень-очень повезет, окажется, что достаточно.
А он больше никогда не будет одинок.
На сердце сразу полегчало, чего не было уже очень давно. Он вошел в гостиницу, немного постоял, давая глазам привыкнуть к полумраку, и услышал, как из холла доносится голос Делии:
– Значит, миледи, вам нужны две комнаты?
– Да, пожалуйста, миссис Тилдон. Одну для меня и одну для горничной. На эту ночь.
При звуках голоса незнакомки Этан оцепенел. Даже сердце, казалось, перестало биться.
