— Вероятность? — тут же уточнил Оператор.
— Да считай, что сто процентов. Есть документальные подтверждения и агентурные сведения.
— Кто агент?
— Забудь, — усмехнулся Петр Семенович. — Когда это агентами начали разбрасываться? Так берешься или приказывать?
— Беремся, да. Лидер вам, надеюсь, живым не нужен? Или глупости типа этого?
— Нет, — качнул головой безопасник. — Ни он не нужен, ни бланки. Можете все уничтожать, только убедитесь, что это именно то, за чем вы идете.
— Хорошо, сбрасывайте данные. Вылетаем через час.
И, Петр Семенович… По моему вопросу что-нибудь двигается?
— Я помню, — хмуро ответил эсбэшник. — Есть подвижки. Думаю, когда вернетесь с этого задания, что-нибудь смогу тебе предложить.
Петр Семенович взял у себя со стола стакан с водой и сделал глоток. Поморщился.
— Да что это такое! То ли я заболеваю, то ли меня тут отравить чем-то пытаются. Почему вода так горчит?
Петр Семенович посмотрел куда-то поверх экрана. Хотел что-то сказать, но потом его взгляд вернулся в камеру:
— Ладно, действуйте.
Доложите по возвращении.
Оператор кивнул, прерывая связь.
— Тянет, как видишь. И не поймешь, то ли нарочно, то ли просто не знает, как подступиться. Так что глаза на затылок. И если что… ты знаешь, что к чему.
— Ладно.
— Странно это. Он мне напомнил. Сегодня с утра зубы чистил. Мне тоже показалось, что вода горчит. Подумал, правда, что паста испортилась. Это что, массовое отравление?
— Ты же жив-здоров?
— Ну да, — согласился Оператор. — Ладно, позже. Общий сбор.
Вода действительно горчила, словно ее настояли на горькой траве.
Я убедился в этом лично. Прошерстив после этого Сеть, я нашел единственное правдоподобное объяснение — в воду попала большая доза сульфатов. Но как это случилось и здесь, на самой границе сектора, и в центре?
Я лениво продолжал думать об этой загадке, уже находясь в вертолете. Волей-неволей мне вспомнилось недавнее падение метеорита. Горькой звезды. Откуда-то, где-то когда-то виденное или слышанное, пришло название: «Звезда Полынь».
Мы знали, куда летим и что делать, — благо в прошлый раз штурмовали макет здания, где находилась цель, почти целый день.
Потом увидел взгляд Богослова, обращенный на меня, и решил задать этот вопрос ему. Но, как это у меня зачастую бывало, желая задать один вопрос, я в итоге задал совершенно другой:
— Почему столько болезней одновременно? Больше, чем за целые столетия?
Богослов усмехнулся и поправил микрофон на наушниках. Посмотрел на Оператора, сидящего напротив.
