А Оператор лишь его прикрывал. С Бронзой ходил Ыть.
Если разделить все триста шестьдесят градусов нашей круговой обороны на три условные части, то фронт сейчас закрепился за Бронзой и Ыть. Тюжок с Оператором прикрывали «правый тыл», направление, которое сейчас можно было считать наименее опасным. Весьма условно, конечно. В городе, между домами, но не в помещении, все вопросы, связанные с направлением угрозы и вероятной атаки, становились не более чем условностями. Предположениями. Кто знает, в каком из десятков окон увидишь снайпера? С какой из крыш в тебя зарядят из гранатомета? Из какого подъезда выбежит автоматчик? Или не выбежит, а начнет палить прямо из укрытия?
Богослов прикрывал «левый тыл».
В одиночку, потому что сначала я приходил в себя, а потом пошел облачаться. Последним. Вместо легкой «кольчужки» я застегнул прямо поверх одежды, уже даже не пытаясь камуфлироваться, тяжелый бронежилет. Надел на левое предплечье панель управления моими машинками. Напялил шлем, опустил прозрачное забрало, предварительно отключив подачу на него изображения.
Картинка на линзы все еще поступала, и не стоило ее дублировать более консервативным вариантом.
Высадил на землю из кузова «каблука» тактические модули. Теперь их ко мне приписали целых четыре. Только включившись, машинки разъехались в разные стороны, как-то договорившись по секторам контроля и между собой, и с модулями моих соседей. Сейчас они действовали согласно алгоритмам желтого уровня. Прежде всего это означало, что они не будут стрелять во все, что движется.
А лишь по целям, начавшим стрельбу в направлении любого из взвода, с приоритетом на мою скромную персону. Кроме этого, уровень угрозы влиял и на то, как далеко модули отходили от владельца, насколько быстро двигались (и соответственно расходовали ресурс батарей).
Мимо нас, словно тени, даже не оборачиваясь, чтобы поприветствовать или махнуть рукой, пробежало отделение Призрака. Теперь они должны были стать авангардом, разведкой, острием нашей команды.
Люди Призрака не стали останавливаться, сразу двинувшись мимо кафе. Лишь одна из трех двоек притормозила у продавца, скрытого решеткой. Видимо, чтобы убедиться, что он не является частью охраны группировки.
— Сивилла[7] дает нам от трех до семнадцати минут до того, как они хватятся охранников, — сообщил Оператор. — Я бы не рассчитывал на семнадцать. Сивилла что-то на удивление оптимистична сегодня.
Богослов неподалеку от меня кивнул, соглашаясь.
