– Как съездил в столицу?
– Нормально. Подписал хороший контракт.
– Значит, будем работать?
– Да, скоро начнем строить три больших объекта: два в нашей области и один в соседней. Так что минимум на год компания работой обеспечена.
– Болотов доложил о телефоне Робкина?
– Доложил, – подпалил сигарету Броневич.
– Ну и как тебе его контакты?
– Честно признаться, Стас, я не удивлен. А ты – молодец. Проявил дедуктивное мышление, в результате чего мы получили очень ценную информацию.
– По поводу воскресшего коллеги?
– Да, и по поводу Костина, – произнес он, стряхивая в приоткрытое окно пепел, – и по поводу подозрительных контактов Сашиного женишка.
Ты как сам считаешь, может ли быть случайностью то, что он общается с ее бывшим мужем и с законченным мошенником Костиным?
– Слишком мала вероятность.
– Вот и я об этом же. А это означает, что Костин задумал против меня очень хитроумную операцию. Во-первых, имитировал свою гибель. Во-вторых, втайне и под чужим именем вернулся в Новорубинск.
И, наконец, в-третьих, решил подобраться ко мне через дочь.
Вздохнув, Кармазин почесал затылок.
– И что ты намерен предпринять?
– Я достаточно хорошо знаю Костина – он способен на любую пакость. Поэтому личный состав охраны должен усилить внимание и быть начеку. А у тебя, Стас, самая ответственная задача.
– Догадываюсь: не спускать глаз с Александры.
– Все правильно. Вот держи…
Владимир Николаевич вынул из кармана фотографию мужчины и протянул сослуживцу.
– Костин? – спросил тот, рассматривая внешность незнакомца.
– Он самый. И еще одна знакомая тебе штуковина. Так сказать, на всякий случай…
В руке подполковника сверкнул вороненой сталью пистолет с двумя запасными магазинами.
– О, ГШ-18! – Капитан уважительно взвесил на ладони оружие.
– Так точно. Патроны в магазинах специальные – бронебойные 9 на 19 миллиметров повышенной мощности. Их пули пробивают бронежилеты третьего класса защиты и кузова любых гражданских автомобилей.
– Годится. Что еще?
– Только одно, Стас: береги мою дочь и себя. Вы – самые дорогие для меня люди на этом свете, – тихо произнес Броневич и покинул салон.
Кармазин проводил взглядом удалявшуюся фигуру Владимира Николаевича. Затем осмотрел выданное им оружие.
Да, это был легендарный ГШ-18. Во время второй чеченской кампании Станиславу довелось иметь с ним дело, поэтому было с чем сравнивать.
