В душе опять затеплилась надежда.
– Так, парни, – наблюдал за боевиками Кармазин. – По моей команде дружно падаем на землю и отползаем влево за пригорок.
Павлов мелко закивал, а Толик шепнул:
– Понял, командир.
Рыжебородый куда-то исчез, и воины расстрельной команды пребывали в растерянности: то ли исполнять приговор, то ли готовиться к отражению воздушной атаки, то ли прятаться в скалах…
Через пару секунд из-за соседней вершины вынырнула первая пара пятнистых вертолетов. Хищные удлиненные тела Ми-24 быстро прошли параллельно склону.
За ними показалась вторая пара – на той же высоте и скорости парили «эмтэшки»."
"Возможно, летчики и не заметили бы разбитый вокруг поляны и неплохо замаскированный лагерь, да Араб явно дал маху – не успел охладить воинственный пыл своих молодцов. Вслед каждой винтокрылой машине потянулись десятки слабо различимых на фоне голубого неба бледно-желтых трасс.
Пилоты легко определили зону, откуда велся обстрел, и ведущий первой пары, заломив приличный крен, вывел звено на боевой курс для ответной атаки…
Кармазин опомнился первым.
Поглядев на рассыпавшихся по поляне боевиков, он скомандовал:
– Ложись!
Троица упала в светлую пыль и откатилась влево, где их уже не могли достать огнем боевики Араба.
А еще через секунду их оглушили взрывы.
Никто не предполагал такого поворота событий: ни русские пленные, ни хозяева горного лагеря. Все смешалось, все пришло в движение от серии беспорядочных разрывов неуправляемых ракет, выпускаемых сначала первой парой вертолетов, затем второй.
Недавняя тишина и идиллия превратились в огненный кошмар…
* * *Несколько мгновений Кармазин гонялся за неким проблеском в голове.
Поймал. Однако на извечный вопрос «Что делать?» ответа не нашел. Его давний приятель – бармен Серж – давно сменился и, вероятно, досматривал третий сон в своей постели. А жаль – с ним бы он договорился.
Охранники и настырная официантка уже перешли к оскорблениям и угрозам, сравнимым разве что с проклятиями в адрес Барака Хуссейна Обамы.
Стасу казалось, что эти шавки на коротком поводке готовы были сорваться с поводков и развязать третью мировую войну.
– Спрашиваю в последний раз: вы собираетесь расплачиваться? – грозно повел бровями один из охранников – широкоплечий, темноволосый парень лет двадцати семи.
Кармазин уже мысленно выбирал место на его угрюмой роже, куда прилетит правый крюк, да вдруг вспомнил, что этот кабак имел очень удобное расположение – всего в пяти минутах ходьбы от дома.
