Солнце поднялось довольно высоко, и обоим пришлось проявить невероятную аккуратность, чтобы, двигаясь к дому, не потревожить кусты с высокой травой. Если за участком наблюдал кто-то из дома, то резкое движение растительности могло их выдать.
– Слушай, если у этой развалюхи появился новый хозяин, то он мог завести собачку, – прошептал Болотов. – Такого небольшого кавказца весом полцентнера.
– Псина давно бы нас унюхала, – ответил Стас. – Да и охранять-то здесь пока нечего.
– И то верно…
Дом они разглядели, подобравшись к нему на расстояние в тридцать метров.
Это действительно была настоящая деревенская изба, возведенная не менее ста лет назад. Стены почернели и покосились, крыша из древнего шифера местами обросла мхом, крыльцо и завалинка сгнили, а печная труба наполовину разрушилась. Рядом с крыльцом чернела врытая в землю лавочка, чуть дальше располагался колодец. От амбара остались лишь стены. За домом и амбаром виднелся щербатый забор, калитка и двухстворчатые ворота.
– Дверь в дом закрыта, в окнах никого не видно, – заметил Кармазин.
– И вообще как-то подозрительно тихо, – поддержал Болотов.
– Ну что, посмотрим поближе?
– Куда деваться? Пошли…
Достав оружие, бывшие спецназовцы двинулись к избе.
И в этот момент где-то слева раздался громкий лай собаки…
* * *Через тридцать минут плотного боя Кармазин усомнился в том, что группа устоит под натиском многократно превосходящего противника. Группа держалась, но уже несла потери: один «волонтер» лежал, уткнувшись в бурые от крови камни – пуля прошила череп над ухом.
Не ударила по касательной, а именно прошила, отколов на выходе кусок затылочной кости. Второй служивый сидел и покачивался, изредка подвывая в такт движениям – левая рука висела плетью, камуфляжка от ключицы до пояса насквозь пропиталась кровью. Третий молодой пацан, слава богу, был целехонький – лежал у северной стенки, вертел, как было приказано, башкой и наблюдал за прилегающим овражком.
– Вот так у них всегда, – утерся рукавом Корниенко. – Как равенство сил – дрейфят.
А как перевес, так герои!
Станислав молчал, покусывая губы. Прапорщик был абсолютно прав в том, что банда превосходила по численности группу спецназа. Боевиков было много. Очень много.
С разными боевиками приходилось иметь дело Станиславу: с трусоватыми и нерешительными, с отчаянно смелыми и грамотными в военном отношении. Но одно общее свойство в тактике кавказцев он усвоил давно и твердо: ни один горец не станет стучаться лбом в непробиваемую стену.
