Я не понимаю…
– А враги? – спокойно продолжал Гордеев, нимало не беспокоясь о том, что невежливо оборвал человека, «занимающего ответственную должность». – Враги у вас есть? Может быть, люди, которые должны вам большие суммы денег и не отдают, а вы настаиваете? Или люди, которые хотели бы вам отомстить за что-нибудь?
По сценарию предполагалось, что этот вопрос станет последним вопросом майора Гордеева, и как только на него будет получен ответ, причем любой, на сцену выйдет майор Телегин. Однако же, как зачастую и бывает, сценарий потерпел неудачу, чтобы не сказать – крушение.
Елена Андреевна из болезненно-бледной превратилась в пепельно-серую.
– Как вы смеете? – начала она негромко, но тут же сорвалась на визг. – Почему вы не ищете моего сына, а задаете мне вопросы, которые не имеют никакого отношения к Сереже? Вы должны бегать, задрав хвосты, землю носом рыть, у меня пропал ребенок, а вы чем занимаетесь? Изображаете видимость деятельности, чтобы было чем отчитаться перед вашим руководством? Вы, трое офицеров, тратите время на пустые разговоры, вместо того чтобы искать детей! Значит, так: разговаривать я буду только со следователем, пусть он занимается бумажной работой, пусть задает мне любые вопросы и тратит на это время, а вы отправляйтесь делать свою работу и искать Сережу и Алену.
Можете считать, что ваш визит окончен!
– Не получится, Елена Андреевна, – раздался за спиной у Гордеева голос капитана Носилевича.
Смотри-ка, открыл рот и даже что-то сказал. Хотя не должен был бы.
Интересно, какую игру он ведет? Зачем влезает на чужую поляну?
– Что значит «не получится»? – выкрикнула Смелянская. – Почему? Я немедленно звоню…
– Потому что нет никакого следователя, – заявил капитан.
– Как это нет? А где он?
– Елена Андреевна, следователь ведет расследование уголовных дел. Пока дело не возбуждено, нет и следователя.
Носилевич по-прежнему стоял чуть поодаль, не делая ни шагу, чтобы приблизиться.
– Я не понимаю…
Смелянская заметно сбавила тон.
– Вы хотите сказать, что дело не возбудили?
– Не возбудили.
– Но почему? Как это может быть?! Дети пропали, их нет уже четвертые сутки, а дело до сих пор не возбудили? Да чем вы там вообще занимаетесь?! – Она снова начала говорить все громче и громче. – Я позвоню и потребую, чтобы немедленно…
– Елена Андреевна, не надо так кричать, – с мягкой улыбкой произнес капитан КГБ. – Уголовные дела возбуждаются тогда, когда есть признаки того, что было совершено преступление.
