– Что ж, твоя версия ничем не отличается от официальной латорийской. Я надеялся, что дед рассказал тебе правду о тех событиях.
– Дед?..
– Он участвовал в сражении. Не знала?
Кромешник удивил, нет, ошарашил!
– Старый иллюзионист и война?
– Еще в прошлом веке сильнейшие маги грез могли поспорить с боевиками и некромантами. Уж тебе ли не знать, что иллюзии могут убивать?
О да, мнимая реальность опасна для замороченного человека. Мозг принимает ненастоящие удары на веру – и отдает приказ проявиться увечью или и вовсе… умереть.
Я поспешно кивнула:
– Да, иллюзии могут убивать, но это запрещенные знания. Вдобавок маг должен обладать огромным резервом.
– Все это было у твоего деда и есть у первых мастеров Иллюзиона.
– Не знала… и предположить не могла, что дед входил в число тех, кто мог использовать незаконные заклинания.
– Они стали таковыми какие-то десятки лет назад. А раньше все ваши сильные иллюзионисты приносили не одну клятву, которая должна была удерживать от опрометчивых поступков.
Некоторое время мы молчали, каждый думал о своем, о невеселом. Я так точно. Дед участвовал в тех сражениях… Сложно поверить, а еще странно, что я не помнила об этом. Я обожала деда и на тот момент жила с ним и бабушкой. Так почему не заметила его отсутствия? Впрочем, о чем я? Бабушка умела отвлекать внимание от важного. Она и сейчас любого сумеет долго водить за нос."
"– В приграничном давелийском храме, который стоит на некогда спорной территории, столетиями хранились бесценные артефакты Тьмы: Голод, Жажда и Наваждение.
– Голос Джареда зазвучал внезапно и настолько тихо, что пришлось прислушиваться и чуть склониться к нему, благо расстегнутые ремни позволяли. – Это заключенные в предметы злые души великих магов, апологетов супруга Тьмы.
– Неназываемого бога?! – Потрясенная, я не удержалась от уточнения.
– У богини был только один муж, – подтвердил Джаред. – Орден кромешников веками охраняет артефакты и храм.
– Но… зачем? Вы ведь сами – апологеты Тьмы? – Вопрос вырвался прежде, чем я прикусила свой бесстрашный и глупый язык.
– Не путай Тьму с Неназываемым, – спокойно возразил Джаред. – Тьма милосердна, проклятый бог – безумное чудовище.
И в то же время Тьма порождает монстров. В чем тогда ее милосердие?
Видать, скрыть скепсис не удалось – кромешник тихо произнес:
– Без Тьмы нет Света. Неправильно отождествлять ее со злом. Тьма примет, если отказался Свет. Поймет и простит. Утешит и укроет. Тьма есть в каждом.
