С одной стороны, казаться не такой, как все…
– Я и есть не такая, как все, – отрезала Морриган.
– …с другой – как и большинство в Пропасти, охотно полагаться на полуночные чары.
Она вспыхнула.
– Да чем тебе не угодила полуночная магия? Тебе, колдуну Пропасти?
– Разве не ты рассказывала мне, что может сделать с человеком обладание темной разрушительной силой?
Морриган подалась вперед, сказала с вызовом:
– Я не собираюсь быть слабой и проигрывать другим. Что до «темной разрушительной силы», я использую ее лишь во благо.
И я все контролирую.
– И почему же ты тогда не используешь во благо собственную магию? Мне казалось, магия мира теней, которой ты владеешь, куда могущественнее ноктурнистской.
– Разумеется, – поостыв, фыркнула она.
Многие люди, в особенности далекие от магии как таковой, ошибочно считали колдунов ночи полуночниками. И оттого, что эти понятия созвучны, и оттого, что само слово «ночь» придавало их ритуалам этакую темную окраску. Для многих ночь олицетворяла хаос. Кому, как не Морриган, последовательнице магии истинного хаоса – магии мира теней, знать, что это не так.
"
"Возможно, издревле, до появления в мире Дану, ночь и была силой, стремящейся уничтожить все упорядоченное и живое. Но теперь, века, тысячелетия спустя, все иначе. Взаимодействие дня и ночи – это отлаженный веками порядок. Баланс.
А ноктурнисты, на самом деле, – рассветные ведьмы и колдуны. От своей братии они отличались лишь тем, что творили ритуалы исключительно по ночам. Их магия не разрушительна: они гадали, ворожили, исцеляли, призывая на помощь силу самой матери-ночи.
Философия ноктурнистов весьма любопытна. Они верили, что в основе их мира был Вечный Мрак. Именно он стал началом, он был целым миром, пока в нем не зародилась жизнь. Пока Дану не принесла людям свет. Однако ноктурнисты утверждали, что Дану подарила людям лишь свою рассветную магию, а магия ночи, магия Вечного Мрака существовала всегда.
Даже после того, как явь разделилась на день и ночь, последняя сохранила в себе куда большую (и куда более древнюю) силу.
Ноктурнисты считали, что тень, которую отбрасывали живые и неживые объекты, – не что иное, как кусочек ночи, отвоевавшей себе место среди дня.
– Скажем так… Есть в ноктурнизме кое-какие бонусы, которые моя магия мне не дает. И мне они сейчас нужны.
Раздумывал Дэмьен недолго.
– Есть у меня один приятель… Немного странный, как и все колдуны, которые целиком отдаются своему призванию, но ноктурнист на редкость толковый.
