Этой женщиной была Джамесина Макленнан, представительница… бааван-ши.
Чем больше голосов представители древней крови отдавали за Макленнан, тем сильнее хмурилась Морриган. Причин столь внезапной симпатии она не понимала. Неужели она что-то упустила? По лицу Доминика ничего прочитать невозможно, а помрачневший взгляд Дэмьена говорил, что и он не ожидал подобного.
– Какого демона происходит? – прошипела Морриган ему на ухо.
– Хотелось бы мне знать.
Если они ошиблись, это дорого им обойдется."
"Что если существовал некий тайный сговор? Что если и существа древней крови, и Высокие Дома договорились голосовать за кого угодно, только не за Дом О'Флаэрти? Чем чаще в круге зеркал звучало имя бааван-ши, тем сильней росла убежденность Морриган в своей правоте.
Она вонзила ногти в кожу ладоней.
– Дыши, – шепнул Дэмьен. – Еще не все потеряно.
«Тебе легко сказать. За дверью тебя не ждет сестра, у которой нет будущего в Верхнем мире. Чье будущее – здесь, чья спокойная жизнь – в Тольдебраль. Чья единственная надежда, что это изменится, – Доминик.
Король Доминик. Если он велит колдунам найти способ избавить Клио от тэны, они, желая выслужиться перед правителем Пропасти, носом землю перероют, но способ найдут».
Из всех существ древней крови симпатию Дому О'Флаэрти выразили только мерроу. Синеглазки – королева мерроу и посланница водного народа, – дружелюбно улыбаясь Морриган, торжественно произнесли:
– Мы отдаем голос Дому О'Флаэрти.
«И на том спасибо», – мрачно подумала Морриган.
Хищно оскалившись, Джамесина Макленнан озвучила свое решение:
– Дом Адае.
А затем настал черед для тех лордов и леди, что продолжали бороться за трон. Они вторили бааван-ши, и слова «Дом Адае» током пробегали по оголенным нервам Морриган.
Однако среди прямых соперников Дома О'Флаэрти нашлись те, кто перешел на сторону Доминика, среди них почти никто не поддерживал Джамесину.
Но решающие голоса оставались за регентским советом.
Лорды и леди, которые еще в самом начале гонки подписали отказ от притязаний на трон и с которыми поработали Дэмьен и Морриган, не подвели.
Совместными усилиями им удалось добыть шесть голосов, остальные два на своеобразном аукционе перекупили Дом Адае и лидер вервольфов Роналд Лоусон.
Однако заработанные потом и кровью шесть голосов лишь уравняли шансы, обозначив Доминика как одного из основных претендентов на трон. Двумя другими по-прежнему оставались Адиф Адае и свалившаяся как снег на голову бааван-ши.
– Дом О'Флаэрти, – проговорила Лилиан Конноли.
