Убрав каблук с горла Мэдигана, подала ему руку, чтобы помочь подняться. Теперь, когда лорд согласился отдать голос за Доминика, она больше не видела в нем врага. Мэдиган вздрогнул и отполз к стене.
Морриган начала окучивать его первым из отказников, и на это у нее ушло несколько дней. Что только она не пускала в ход – и деньги Доминика, и красочные обещания силы, и собственное обаяние. Как выяснилось, некоторым просто нужна хорошая трепка. Закономерно или нет, но дипломатия побеждает не всегда.
Оказавшись на улице, Морриган доковыляла до тени одного из соседних домов.
Сползла по стене на прохладную землю, которой еще не коснулось искусственное солнце. Вдохнув полной грудью, поморщилась от болезненных ощущений. Она что, умудрилась сломать ребра?
Надо признать, «охота за голосами» оказалась чуть сложнее, чем изначально предполагала Морриган. Она в Пропасти, где на каждую сильную ведьму приходилось две, ничем не уступающие ей. Разумеется, себя она считала исключительной… но получать голоса самоуверенность не слишком помогала.
На стороне Дэмьена были многолетние связи с полезными людьми, с которыми он уже когда-то заключал ту или иную сделку. Этакая раскинутая над Пропастью паучья сеть. В арсенале Морриган – лишь ведьмовской дар и почти позабытое за ненадобностью искусство обольщения.
Была и еще одна проблема, куда серьезнее их с Дэмьеном состязания. Все же они оба работали на Доминика (этакая команда без командного духа), преследуя одну и ту же цель. К удивлению Морриган, часть Домов начала отдавать голоса Адифу Адае.
Неожиданно он стал для слабых Домов угрозой, силой, с которой необходимо считаться. Вероятно, лорды и леди рассудили, что если не перейдут под его знамена сейчас, вскоре, став королем Пропасти, лорд Адае им это припомнит. И отомстит.
Но значило ли, что Адиф Адае – убийца? Впрочем, какова бы ни была его тактика, надо признать, она работала.
Морриган со стоном поднялась. Хватит прохлаждаться.
Шпильки пришлось снять – велик риск споткнуться от усталости и подвернуть лодыжку (или сломать шею, рухнув с подвесного моста в бездну, которая раскинулась под Пропастью).
Она едва добрела до дома О'Флаэрти. Не раздеваясь, рухнула на кровать.
Разбудили ее голоса.
– Мамочка!
Морриган начисто позабыла о посланных в Дом Даффи морфо, поэтому спросонья долго вертела головой, пытаясь понять источник звука.
– Мамочка, пожалуйста, мне очень больно!
Не сразу она распознала в тихом плачущем голоске голос Шерлет.
