А потом шептал мне: – Это член съемочной группы. Это фешн-блогер. Это риелтор. Это наш креативный директор – генератор идей. Знаешь, что самое важное в рекламном ролике?
– Что? – спросила я, переминаясь с ноги на ногу.
Туфли натирали, похоже, образовалась мозоль, ужасно хотелось куда-нибудь присесть.
– У нас есть всего три-пять секунд, чтобы заинтересовать зрителя! Если не получается, то канал переключат, а значит, такой ролик в итоге снимут с эфира.
– Логично.
– А знаешь, как тяжело мне пришлось на последних съемках? – выпучил глаза Харитон.
– Серьезная роль. Така-а-ая нагрузка! Но режиссер меня похвалил. – Он горделиво надул губы. – Так и сказал: «Потрясающе правдоподобно, Харитон». Понимаешь?
Его буквально трясло от возбуждения.
– О да, ты молодец! – улыбнулась я.
– Да! Увидишь ролик – упадешь, – пообещал он.
Я кивнула. Мне захотелось притвориться мертвой – совсем как Федя. Кошкин в это время продолжал здороваться со всеми проходящими мимо людьми.
– Это Иннокентий Михайлос, это Саша Какелия, это Егор Дринк… – представлял он мне выряженных в перья и фальшивые жемчуга незнакомцев.
А потом наклонялся к уху и шептал: – Да ты знаешь его, знаешь. Вспоминай. Тот самый чувак, который чистил яйцо пастой «Бленд-а-мед»!
А потом была Оксана – «Голден Леди», Наташа – «Крылатые Олвейс», Миша – «Доктор, у нее кариес! Но ведь мы каждый день чистим зубы!» и Зина, которая снималась в «Бай-бай, прыщики».
Когда у меня нестерпимо заныла поясница, а от зевания чуть не вывихнулась челюсть, Харитон радостно спросил:
– А хочешь, я попрошу у Ирусика для тебя целую коробку пробников крутого шампуня?
– Чего? – хлопая глазами, я отставила на столик бокал.
– Мне их дарят после каждой съемки. Вот. – Он пошарил в заднем кармане и протянул мне… презерватив! – Упс. Хе-хе! – не растерялся Кошкин. – Не то. Щас. – Пошарил еще и вынул пару пакетиков из фольги. – Вот! – Запустил пятерню в волосы и наклонился ко мне: – Реально крутой! Никакой перхоти. Надо?
– Спасибо. Не стоит, – замотала головой я. – Это слишком… щедро.
Особенно для первого свидания.
– Как хочешь! – надулся Харитон. И, завидев кого-то в толпе, замахал руками. Затем обернулся ко мне: – Подожди, я сейчас.
Он метнулся к разодетым в дорогие костюмы мужчинам и бодро заговорил с ними. «Наверное, подмазывается, чтобы взяли в следующий ролик», – подумала я.
– На прошлый корпоратив он привел сюда Тину и сказал, что ее кожа такая же гладкая, как линолеум, – раздалось за моей спиной.
Я сразу узнала этот голос.
