Девушка молчала, а я продолжила:
– Решили сделать себе подарок на юбилей? Каково это – убивать в свой день рождения?
Еще в кабинете Ольхова, пока мы просматривали камеры, я вспомнила запись в его ежедневнике в день убийства Тимофеевой: «Ася 25».
Девушка громко сглотнула. К страху добавились изумление и растерянность.
– Медленно убивать, наслаждаясь каждым моментом? – продолжала я.
– Не понимаю, о чем вы. Вы ошиблись.
– Нет, это вы ошиблись, – заговорил Бергман. – И когда оплатили в Интернете куклу, и когда завели абонемент в городской библиотеке на свое имя, и когда приехали в наш город на собственном автомобиле.
Да, надежнее поезда: не отследить билеты. Зато легко можно зафиксировать ваши перемещения по городу по камерам. Особенно если знать, что ищешь. Точнее, кого.
– Вы ничего не докажете. – Она попыталась придать голосу уверенности, но он предательски дрожал.
– А мы и не будем, – усмехнулся Джокер. – Для этого есть специальные инстанции. Мы просто печемся о судьбе нашего клиента, которого вот-вот обвинят в двойном убийстве.
Вслед за любовницей Ольхова погибла еще одна их соседка. Симпатичная девушка Лиля, оказавшаяся не в то время и не в том месте. Что она успела увидеть? Как вы покидаете автомобиль Тимофеевой, вытирая кровь со лба? Или она подошла ближе и успела заглянуть в машину, чтобы поздороваться с соседкой?
Анжела молчала. Я чувствовала, как страх парализует ее.
– Следователи уже знают, что последний номер, который успела набрать Анжела, принадлежал именно Лиле. Их няня заболела, а соседка иногда выручала и могла посидеть с ребенком.
Милой девочкой, которую вы, Анастасия, оставили без матери. Странная какая логика: еще неродившегося ребенка в утробе Дарьи вы пожалели, а семилетнюю девочку – нет. Ведь когда первый раз вы подумали об убийстве, то жертвой, разумеется, должна была стать Дарья?
Она молча кивнула, глядя прямо перед собой. Неожиданная догадка вдруг посетила меня:
– Все это время вы, Анастасия, разумеется, держали под контролем электронные ящики и Виталия, и Дарьи.
Ваши таланты позволили вам получить к ним доступ. Уже спланировав убийство Ольховой, вы наткнулись на письмо из клиники, где сообщалось о ее беременности.
– Так вы поняли, что не сможете убить сразу двоих: Ольхову и их неродившегося ребенка, – подхватил Максимильян.
Анастасия сцепила руки в замок, пальцы ее побелели. Лицо же казалось застывшим, словно она надела маску.
– Вместо этого вы переключили внимание на Анжелу, и теперь она стала для вас целью.
