Мне почудилось, будто липкая, холодная тьма, прежде только дремавшая где-то в потаённом уголке сознания и нашёптывавшая мне о том, что с рабынями никогда не происходит ничего хорошего, выпустила длинные когти и вонзила их мне в сердце. Стало больно дышать. «Ты дочь старого паука, — вкрадчиво заговорила тьма. — Ты дочь злейшего врага Мартейна Фоули».
Наверное, если бы не мой дар, я бы не справилась. Закричала бы, не желая принимать страшную правду. Но волшебный огонь, заключённый в моей крови, откликнулся на признание мамы, вспыхнул во мне в знак подтверждения её слов.
И тьма съёжилась, отступила. Я не имела права поддаваться истерике сейчас, когда всем нам грозила смертельная опасность. Мой дар был силён, и я должна была распорядиться им разумно. Вот только как? Я ведь так мало знаю!
— Рассказывай, — поторопил маму Мартейн.
— Мне было четырнадцать лет, когда меня привезли на остров Архимагистра Горма, — с трудом выталкивая из себя слова, начала мама. — Со мной были и другие девочки-невольницы. Не только из залива Амари, были и рабыни с юга и с севера Веллирии.
Всех нас поселили в башне для невольников, но, к нашему удивлению, не давали нам тяжёлой работы…
Она замерла, остановив взгляд на осколке кувшина, лежащем в сладкой луже на полу, после чего заговорила спокойнее и увереннее. Отрешившись от реальности, мама погружалась в прошлое двадцатилетней давности, куда не заглядывала уже очень давно."
"— Мы прислуживали родственникам Горма Виклунда, смахивали пыль, стелили постели и ставили букеты в вазы.
Кормили рыбок в пруду, вышивали скатерти и полотенца. Нам позволялось отдыхать в дальнем углу сада и даже читать, кто умел. Поначалу мы не могли поверить в такую доброту хозяина. Мой прежний владелец бил меня плетью, а мои руки были стёрты до крови бесконечной стиркой. Руки меня поначалу и спасли. Но не только.
— Мама? — Я погладила её запястья, но она не обратила на это никакого внимания.
— Как-то раз нас отвели в покои Архимагистра Горма. Сказали, что хозяину тоскливо и нужно его развлечь.
Все мы понимали, что это значит. И старшие девочки говорили, что это не так страшно, главное — понравиться хозяину. Он выбрал одну, а меня оттолкнул так, что я упала. Сказал, что я ещё не готова, что я тощая и нескладная… накричал на слуг. Меня увели и наказали. Не давали есть, держали в комнате без окон и дверей. Потом, когда я вернулась к подружкам, я узнала, что первая девочка пропала. Пару месяцев спустя пропала ещё одна. Мы стали бояться.
