В то утро я думала, что месяц будет тянуться долго, но жизнь на Асфе вдруг полетела с невиданной прежде скоростью. Магистрат почти ежедневно присылал в поместье Фоули следователей и дознавателей, к которым вскоре присоединились следопыты из Академии. Все газеты писали о таинственном убийстве Рида. Я едва успевала исполнять домашние обязанности, а трижды в неделю по вечерам упражнялась в заклинаниях под руководством Мартейна.
Это было удивительное время. Осенние дни выпадали то тёплыми и солнечными, то ветреными и хмурыми, и настроение в поместье будто бы следовало за ритмом природы.
Следствие не нашло никаких оснований для ареста господина Фоули, но не нашло и других подозреваемых в убийстве. Некромант Ниалл надёжно спрятал схваченных подручных Горма. У них с Мартейном был собственный план разоблачения Архимагистра, который требовал подготовки.
В один из пасмурных дней мы простились с Ридом. Его тело наконец позволили похоронить в родовом склепе. Моросил мелкий дождь, и было так тихо, что я уже подумала: суета подошла к концу и теперь на Асфу опустится предзимний покой.
Хрупкая и бледная Адриана куталась в шерстяную мантию. Я знала, что она винит себя в смерти секретаря. «Ах, если бы он был ко мне равнодушен, то никогда не стал бы мишенью для этого гнусного заговора!» — повторяла она.
И всё же заговор провалился. Врагам Мартейна Фоули не удалось подставить его, и никто не мог предположить, что они предпримут в следующий раз.
— Ты поедешь на бал вместе с нами, — сказала мне хозяйка, когда до приёма оставалось три дня.
От неожиданности я выронила из рук тряпку, которой протирала подсвечник на комоде.
— Я? Но разве рабыням можно появляться среди знати Края тысячи островов?
— Жёны советников берут с собой свиту. Приближённых девушек и служанок, — пожала плечами она. — А чтобы твой дар не выдал тебя, возьми этот браслет.
Она протянула мне украшение из миралита, сделанное так искусно, что никто не догадался бы о его истинном назначении. Это не было похоже на наручник, который мог бы носить раб с магическим даром.
— Тейн использовал его в своих экспериментах, его можно снять в любой момент.
Я коснулась прохладного металла и посмотрела на хозяйку.
— Вы так и не сказали ему о ребёнке? — спросила я, понизив голос."
"— Эли, я каждый день говорю себе, что пора, но не могу. — Она вздохнула. — А он не замечает. Других детей чувствовал, а дочь, кровь которой так похожа на мою, не замечает.
— Вы не боитесь, что Ниалл скажет ему? — прямо спросила я.
— Нет.
