Свой человек среди любителей старины. Имеет некоторые контакты в околокриминальном мире. Предположительно участвовал в нескольких крупных бандитских разборках, но доказательства отсутствуют. Настоящих друзей нет. Среди приятелей больше известен как Циник, Темный и Дрема, сокращение от Дремучего.
Это официальная информация, и ее может получить любой заинтересованный человек, который в состоянии нанять хорошего частного детектива или имеющий связи в полиции и спецслужбах. И этого достаточно, чтобы понять простую истину – Юра Темников человек тяжелый и связываться с ним без особой нужды не стоит.
Это будет правильно и для здоровья хорошо.
Я оделся и бросил взгляд в зеркало. Норма. Темноволосый спортивного вида мужчина, гладко выбрит, костюмчик сидит как влитой. Оружия с собой сегодня брать не надо, да и не храню я дома ничего, кроме официального гладкоствольного карабина и шокера. Ничего не забыл? Вроде бы нет.
«Что же, – я оглядел свое жилище, логово одинокого волка, – пора выходить на прогулку. А куда и зачем, по ходу движения разберусь.
Как говорил мой дед – главное не останавливаться – и приключения тебя сами найдут. Он единственный член нашей семьи, с которым у меня было что-то общее. Я ему доверял, и старик, как это ни странно, почти всегда оказывался прав».
3
Маринки в доме и около него уже не было. Наверняка сейчас она среди своих «верных подруг», искала утешения и поливала меня грязью. Неважно. Я вышел на улицу и двинулся куда глаза глядят.
Кругом толчея, шум и гам. Люди куда-то спешили, на работу, учебу или за покупками.
А я никуда не торопился. Когда был молодым, постоянно везде опаздывал, хватался за десять дел разом и не успевал. И так продолжалось до тех пор, пока дед не взял меня с собой в горы. Там у него была избушка. Он поручил мне ее охранять, а сам исчез. И целых три месяца я был совершенно один. Тосковал и не понимал, что происходит. При этом единственным развлечением были книги, неплохая библиотека. И кормил я себя самостоятельно, ягоды собирал, рыбу ловил и ставил силки на зверя.
Это было испытанием на прочность, и я на деда не в обиде. Он все правильно сделал. Хоть и ученый, в принципе мирный человек, но суровый и крепкий по жизни мужчина.
Дед появился осенью. Он спокойно выслушал мои упреки, а затем вернул меня в Неерборг. И, осмотревшись, я понял, что за время моего отсутствия ничего не изменилось. Конечно, проводились какие-то реформы, столица перестраивалась, и происходили разные события. Но люди оставались прежними.
