Зима подходила к концу. Вот-вот начнется весна, а на нашем участке фронта тишина. Где-то кипели битвы, гремела артиллерия, и шли в атаку танковые бригады, а Первая армия отбила несколько локальных наступательных операций противника и продолжала копить силы. В общем, все по-прежнему. Кроме одного. Маршал Игнатов готовился к выходу в отставку, и все офицеры нашего корпуса были уверены, что его место займет Тейт Эрлинг. Поэтому многие не скрывали радости. Ведь новый командарм потянет в штаб армии своих людей. Следовательно, будут внеочередные повышения в должностях и чинах.
Вот только мне все это казалось пустой суетой. Головой я понимал, что Эрлинг будет хорошим командующим, гораздо более лучшим, чем Игнатов, и его возвышение принесет мне пользу. Однако душой я рвался на фронт. Несмотря на возраст, до сих пор не навоевался, и спокойствие меня угнетало.
– Господа! – неожиданно в помещение влетел капитан Стерх, дежурный по штабу. – Тревога!
Мы с Рокуэллом мгновенно выскочили из-за карточного стола, а Нестеров тяжело вздохнул и с укоризной посмотрел на Андрея:
– Ну вот, накликали…
Оставив артиллериста, мы миновали коридор, влетели в кабинет Эрлинга и первыми узнали причину тревоги.
Наш сюзерен и непосредственный начальник быстро одевался и, увидев нас, заговорил:
– В Северном океане идет сражение между флотами. Пока наши флотоводцы проигрывают, потому что противник наносит массированные бомбово-штурмовые удары по базам и аэродромам флота. К побережью приближается огромная десантная флотилия республиканцев.
По предварительным расчетам она перевозит два смешанных пехотно-моторизованных корпуса. А пятая армия маршала Штерна атакована наземными силами противника. Дело дрянь, и если не произойдет ничего экстренного, через семнадцать часов вражеская десантная армада высадится на материк Окс. Резервов, как обычно, у нас практически нет. Поэтому Генштабом принято решение о немедленной передислокации четырнадцатого ударного корпуса в зону ответственности пятой армии…
Эрлинг прервался и посмотрел на себя в зеркало.
После чего он удовлетворенно кивнул, и Рокуэлл задал ему вопрос:
– Почему именно мы должны помогать Штерну?
– Мы лучшие.
– А как же ваше назначение на должность командарма?
Генерал ожег его гневным взглядом, но практически сразу успокоился и бросил:
– Сейчас это не самое важное, майор Рокуэлл. Если противник высадит свои десантные корпуса у нас в тылу, то пятая армия погибнет, а наши растянутые и неприкрытые фланги окажутся под ударом.
