Нас обнаружили республиканские авиаразведчики «Фок-форс», и мы попали под артиллерийский обстрел.
Артналет начался как обычно, то есть неожиданно. Сквозь рев танковых моторов пробились близкие разрывы, и я ожидал, что комбат отдаст приказ рассредоточиться. Однако вместо этого полковник Рекио подгонял нас:
– Увеличить скорость! Выйти из-под обстрела! Марш-марш, мальчики! Не останавливаться!
Мы прибавили скорость, насколько это возможно, и выскочили из огненного мешка. Потеряли два танка и пару автомашин. Но на общем фоне эти потери незначительны.
А затем практически сразу появились вражеские бомбардировщики. Они осыпали дорогу, по которой мы двигались, бомбами, и снова потери. Еще один танк, бронемашина и две РСЗО остались гореть на обочинах. Но наши «Тучи» были начеку. ЗСУ ответили и смогли свалить пару вражеских бомберов. И мне казалось, что огненный хаос не закончится никогда, и что вот-вот начиненная смертью тяжелая бомба упадет на башню моего «Берсерка». Такие мысли посещают всех. Однако я командир роты и не должен был показывать слабость.
Поэтому лицо сохраняло спокойное выражение, а мой голос, когда я подбадривал экипажи, не дрожал.
Наконец, появились наши истребители. Они отогнали бомбардировщики республиканцев, а потом наступил вечер, и в радиоэфире прошла команда остановиться.
Сотый батальон прибыл в точку сосредоточения, в поля за небольшим городком Крузо, и я покинул танк.
Быстро темнело. Холодно. Температура воздуха примерно минус три градуса по Цельсию и с неба падал снег.
Кругом танки, бронемашины и люди. Причем не только из нашего подразделения. Судя по нашивкам, которые удалось разглядеть, помимо нас здесь 22-я бригада на тяжелых «Гранитах», средних «Варриорах» и легких «Вирсавах», а также гвардейцы из бригады «Эрмин». Если все добрались без больших потерь, то сила у нас серьезная.
В наушниках голос комбата:
– Командирам рот, срочно в штаб!
Я бегом направился в мобильный штаб батальона. Нашел его, вошел внутрь и обнаружил здесь не только наших офицеров, но и чужих, в смысле из других подразделений корпуса, танкистов 22-й бригады и гвардейцев.
С трудом протиснувшись поближе к комбату, я обменялся с ним кивками. После чего появились остальные ротные командиры, и полковник Рекио поставил боевую задачу:
– Внимание, господа офицеры!
Все затихли и комбат продолжил:
– Передовые бронегруппы противника проломились к Беренгару. Оборона сорок пятой дивизии прорвана. Мы рядом с окруженными мотострелками из 62-й дивизии.
