Они ей что-то заливали в рот насильно? Ксюша начинает отплевываться, понимаю, что все это очень-очень плохо. Какой дрянью они ее накачали?
Макар врывается в толпу следом за мной. Он не задает вопросов. Мы укладываем ублюдков между рядами. Наша драка привлекает внимание, спешит охрана.
Рыбка сидит рядом с подружкой, утираются бумажными платками. Ксюша вытирает рот, а ее подруга – окровавленный нос. Обещаю переломать им все кости на руках, чтобы они долго и мучительно срастались.
— Ксюша, посмотри на меня, — требую я, задирая вверх лицо.
— Ты проглотила то, что они тебе давали?
— Да, — кивает головой. — Они насильно залили, — из уголков глаз стекают слезы.
Твою мать!
— Макар, я везу ее в клинику, — он отвлекается от разговора с охранниками. — Этих утырков не отпускать. Когда придут в себя, выясни, что они в нее влили, — подхватывая Рыбку на руки. Не сопротивляется, сама прижимается ко мне. Мне не нравится, что ее зрачки начинают расползаться.
— Идем с нами, тебя тоже нужно показать врачам, — обращаюсь к ее подруге.
— Забери с собой бутылку, — жидкости там на дне, но для анализа, думаю, должно хватить. Захватив с собой еще куртки, она семенит за нами. — Ты ничего не пила?
— Нет, — мотает головой. Одной проблемой меньше.
Рыбку лучше бы отвезти к Ромулу, но я боюсь, что от дряни, которую в нее влили, могут быть последствия, поэтому мы едем в местную больницу. Глаза Ксюши закатываются, словно она куда-то уплывает.
— Бей ее слегка по щекам, не дай уснуть, — повышая голос, потому что я боюсь за нее.
Лишь бы сердце не остановилось! Пролезая между сиденьями, подружка начинает выполнять просьбу.
Хорошо, что городок небольшой, и все находится в шаговой доступности. Через три минуты я бью по тормозам у здания клиники. Подхватив теряющую сознание девушку на руки, перепрыгивая ступени, лечу скорее к врачам.
— Скорее! Сюда! — ору на все приемное отделение. — У девушки передозировка…"
"Глава 36
Тимур
— Пить хочу, — негромко произносит Ксюша, смотрит на Иру, но я первым оказываюсь возле кулера.
Набираю воду и протягиваю ей стаканчик.
Страшно представить, что могло произойти, не успей я вернуться. Внутри клокотала такая злость, что выплеснуть ее на боксерской груше не удастся. Макар, понимая мое состояние, не говорил, где держат ублюдков, вливших Рыбке адское пойло. Что они туда намешали, понятия не имею, но хватило небольшой дозы, чтобы у нее начало останавливаться сердце. Страх до сих пор держит.
